— А где тот портал, по которому я попаду в Шую?
— Даже это забыла? Эх, тяжело тебе придется! Энергиус — и есть портал. Он — первоисточник любой магии, в том числе перемещающей. Верховный настроил его на Шую. На Фрию настроить не удалось бы никому — ведь магия там бессильна.
— Но… Как? Я же была там, рядом с энергиусом… Он меня никуда не перемещал… Я только сознание потеряла…
— С чего это я, глупая, надеялась, что главная звезда Белого Храма знает, как договориться с энергиусом? — ворчит Амалия, с упреком вперив в меня свой негодующий взгляд. — Ладно. Объясню тебе подробно, когда переодевать тебя буду, — и со вздохом снимает с меня браслет и протягивает мне первый попавшийся шнур. Все. Встреча закончена.
Глава 23
По моим ощущениям, прошло не больше трех часов, как Амалия сдержала свое обещание. Со стороны двери раздается тихий шорох и я выскальзываю наружу.
Начало ночи. Темно и тихо. Мелисса и Ванда спят, прислонившись к стене напротив моей двери, при этом трогательно сложив головки друг другу на плечи. Они не замечают две тени, бесшумно промелькнувшие мимо.
Мы спускаемся в подвал. Амалия достает из своей котомки кисточку, макает ее в темный сгусток на дне небольшого сосуда, извлеченного оттуда же, и приступает к работе. Обильно обводит мои глаза, потом рисует замысловатые узоры от носа к вискам, затрагивает подбородок и слегка проходится по лбу. Где-то тушует, где-то оставляет чистые линии. Зеркала у нее нет, поэтому результата я себе не представляю. А жаль! Наверняка, я своей колоритностью уже переплюнула Джека Воробья!
Закутав меня в нечто темное, напоминающее паранджу, но хотя бы открывающее лицо и дающее дышать, она отходит на пару шагов и любуется результатами своих трудов. На лице Амалии появляется довольная улыбка, — видно, я-таки стала похожа на замужнюю шуйку! — но через секунду лоб прорезают морщинки, и она небрежно произносит:
— Шуйские женщины всегда ходят в сопровождении мужчин. Пришлось подыскать тебе мужчину для сопровождения.
— Подыскать что?! — переспрашиваю я, уверенная, что мне послышалось.
— Опаздывает, — Амалия нетерпеливо смотрит на дверь и качает головой. — Где же он? Парень не слишком похож на плечистых шуйцев, но я уж сделаю все, что в моих силах, чтобы это скрыть.
В этот момент от входа доносится звук шаркающих шагов, с любопытством подаюсь навстречу, но женщина хватает меня за руку и тянет в скальное углубление за выступом, до которого совершенно не дотягивается свет эпишара. Прижимает ко рту указательный палец:
— Тсс… Это не его поступь.
Шелест шагов все ближе. Неторопливый. Сонный. Мы стоим с Амалией, взявшись за руки и вжавшись в стенку. Едва дышим. Еще пара шагов неизвестного визитера — и мы раскрыты! К счастью, недалеко от ямы человек останавливается, раздается громкий зевок и невнятное бормотание:
— Мелисса подай, Мелисса принеси… А вот станет Мелисса звездой Храма, попробуй тогда ею покомандовать, дражайшая Ванда!
Она опять зевает. Похоже, девушка, которой полагалось караулить меня у дверей комнаты, решила по ночам практиковать выкачку энергиуса. Оттачивать новые навыки. Такая вот инвестиция в дальнейший карьерный рост, которая мне совершенно не нравится.
И даже не потому, что нас сейчас отчаянно задерживают, угрожая сорвать запланированный побег. Плохое у меня предчувствие насчет добычи энергиуса, аж печенка зачесалась!
Однако Мелиссу, видимо, все устраивает. Судя по шороху платья, она садится на пол рядом с ямой, и нараспев читает тот самый стих. Про то, что нет меня, есть только мы.
Вскоре она замолкает. Через несколько минут я осторожненько выглядываю из-за выступа. Девушка, закрыв глаза, сидит рядом с пропастью, широко раскинув руки. Через нее протекает мощный, завораживающе прекрасный поток энергии, обхватывая ее разноцветными искрами и втекая в эпишар. Минуты через две Мелисса начинает беспокойно ерзать и жалобно стонать. Вдруг замолкает. Бедная девочка! Похоже и ее захватил в свою ловушку чертов энергиус. Если ей не помочь, то добровольно ее из этой ловушки не выпустят.
Я выскакиваю из-за выступа, еле вырвавшись из цепких рук Амалии. Подбегаю к затихшей служительнице и рубящими движениями бью ее по плечам, отчего они обвисают и девушка начинает заваливаться в сторону пропасти. Подхватываю ее подмышками и оттаскиваю подальше. Пока тащу понимаю: она не дышит. Прикладываю ухо к груди — сердце не бьется. От ужаса холодеет в груди. Неужели она умерла? Не насовсем же? Не окончательно?