Я уже и рада бы прикрыть украшение, да нечем. Не повязывать же мне шуйские тряпки поверх шеи! Эх, будь что будет! Пойду, как есть! И если мне суждено узнать о своем женихе что-то новенькое, лучше уж сделать это на берегу.
На этой мысли следую за Кристой в огромную обеденную залу, освещенную бесчисленным количеством свечек. Свет сотен огоньков отражается в десятках пар глаз, женских украшениях и до блеска вычищенном столовом серебре — так что зала выглядит блистательной во всех смыслах этого слова.
Мой взгляд скользит по дамским нарядам, затейливым прическам, перетекает на серебряные канделябры, кувшины, красиво сервированные блюда с пирогами и фруктами. Вдруг Криста, все еще стоящая сзади, тихонько подсказывает мне на ухо:
— Поклонись кронпринцу, сира. Он сидит во главе стола.
Мои глаза устремляются к мужчине, на которого указала девушка. Прежде, чем успеваю поклониться, взгляд цепляется за его лицо и я застываю, как вкопанная.
В первую секунду мне кажется, у меня глюки. Щипаю себя за запястье и быстро-быстро моргаю.
Снова всматриваюсь в его лицо.
Сердце, на секунду остановившись, заходится вскачь.
Дыхание сбивается, и я судорожно вздыхаю.
Передо мной сидит Ардо Кроу!
Мой жених и… фрийский кронпринц по совместительству.
Глава 27
Мой взгляд соприкасается с его, он замолкает на полуслове и… То ли время замирает, то ли мы в нем застываем, нанизанные на секунды. Воздух сгущается в густую патоку, пространство сжимается до нас двоих, и в наступившей тишине отчетливо разносятся гулкие удары сердца.
Дальнейшее происходит, как во сне. Ардо вскакивает с места, и спешит ко мне, парализованной внезапной новостью. Прежде, чем я успеваю что-то понять, он уже сжимает меня в объятиях, шепчет тихонько, касаясь горячими губами кожи на висках:
— Ты здесь… Тростинка моя… Я не смел поверить… Даже когда доложили, что левийская подданная пересекла границу Фрии с моим кольцом… Это ты, ты…
Его лицо кажется мне и родным, и чужим в то же время. Я уже успела позабыть, каково это: быть с ним рядом, в надежном тепле его рук, смотреть в его глаза и тонуть в их глубине. Прятать взгляд, робеть, смущаться, набираться смелости, чтобы вновь безнадежно тонуть в омуте его зрачков. Вдыхаю в себя его запах — теперь он даже пахнет по-новому. К знакомой свежей горчинке вместо грустной решимости добавился одуряющий аромат счастья и безудержной радости.
Однако вместе с памятью в мою голову очень некстати вернулась и досадная привычка к самоанализу.
«Ты его по-прежнему не знаешь! Очнись, Трофимова, он все еще прекрасный незнакомец! Ты же не поведешься на все его титулы, лоск и красивые глаза?»
Не поведусь, пожалуй…
Гарантии нет, но я постараюсь.
Ведь в сердце каждой женщины прячется маленькая девочка, верящая в красивую сказку про волшебного принца и любовь с первого взгляда.
За ироничным голосом самоанализа слышу гул моря, как в ракушке. Отстраняюсь на пару шагов от Ардо и озираюсь по сторонам. Этот приглушенный рокот исходит от людей, а точнее от их тихих переговоров. Мой жених оборачивается к присутствующим и обращается с торжественным заявлением:
— Позвольте представить вам мою будущую жену Лию Клерр, которая в самом ближайшем времени станет Лией Кроу.
Меня раздирают противоречивые чувства. С одной стороны, до бабочек в животе приятно услышать эти слова от Ардо, путь и слегка преждевременно. С другой стороны, в моем мире принцы предпочитают жениться на ровне. Ну, если не принцы, то их родственники своей кровиночке уж точно предпочитают кого побогаче да познатнее! Печенкой чувствую: грядут проблемы, и оказываюсь права. Хором раздаются нестройные голоса:
— Но она левийка…
— Где такое видано, чтобы фрийцами правила какая-то левийка?
— Разве будущий король вправе идти против наших традиций?
Лицо моего жениха темнеет от гнева. Таким рассерженным я его никогда не видела. Признаться, в этот момент малодушно радуюсь, что разозлила его не я. Он отрезает:
— Решение принято. Выбирать за себя жену никому не позволю. Ни как вольный фриец, ни как будущий король.
И опять нестыковка внутри. Мне приятно, что он так уверен в нас, но что-то мне подсказывает: ставя точку в неоконченном разговоре, далеко мы не продвинемся. Первая заповедь эффективного общения: выслушай до конца!
— Выслушай их, — шепчу я Ардо на ушко. — Пусть выскажутся.
Получаю в ответ удивленный, задумчивый взгляд. Кусаю свои губы, не умеющие вовремя смолчать, и готовлюсь к резкой отповеди. Но, как ни странно, через несколько мгновений он изрекает: