— Он будет зол, если узнает, что ты ослушалась его, — шипит она на меня.
— А если не узнает, то не будет зол. Да и ты же тут — приласкай, успокой князя. Или мы взяли тебя для чего-то еще? — с этими словами выскальзываю из повозки и спрыгиваю на землю.
Повозка, у нас, кстати, зачарованная: в ней абсолютно безопасно, она плывет по воздуху, не требует тягловой силы, поэтому продвигаемся мы быстро, в Нашине будем уже завтра.
Зову Тико, тот прыгает рядом из воздуха, взбираюсь ему на спину.
— Как же я скучала по тебе, — говорю ему на ухо, он довольно урчит в ответ.
Мы едем какое-то время позади нашего небольшого каравана, потом догоняем Роука и Реи, те недовольно смотрят на меня. Кто бы сомневался.
— Лира, монстрюс — это не средство передвижения, — повторяет Роук слова князя.
— Роук, ну, хоть ты не начинай. Не могу сидеть в повозке вместе с Фури и Киром, они оба такие… молчаливые, — воины смеются, все знают, что князь недавно был в гневе.
— Перебирайся ко мне, — говорит Реи и показывает на место на лошади перед собой. Отношения у нас с ним все лучше и лучше. Да, да.
— Реи, ты просто огромный, твоя лошадь не выдержит нас обоих, — говорю ему. Это правда, у бородатого дружинника лошадь намного сильнее, чем у остальных, но и она быстро устает.
— Лира, залезай ко мне, — говорит Роук и останавливается. Еще раз целую Тико, прижимаюсь к нему всем телом, он поворачивает свою улыбающуюся морду ко мне, потом отпускаю его. Реи поднимает меня и усаживает перед Роуком, одной рукой друг князя придерживает меня, другой правит лошадью. — Почему ты все делаешь для того, чтобы позлить Кира?
— Само получается, — говорю беззаботно. На это воин лишь ухмыляется.
— Что ты будешь делать после, когда твоя служба у князя закончится? — внезапно спрашивает Роук.
— Мне нужно выполнить последнее поручение учителя. А потом я стану свободной. А ты?
— Я не очень богат, но за хорошую службу Кир подарил мне имение. Хочу построить там мельницу, чтобы после того, как уйду от князя, жить с семьей и зарабатывать помолом.
— А где живут твои родители?
— Я не знаю своих родных, Кир нашел меня на улице, когда мне было лет десять, ему немного больше. Он заявил родителям, что хочет, чтобы я жил во дворце.
— Почему он выбрал тебя?
— В день нашей встречи мы подрались, и я ему не поддавался. Я ему никогда не поддавался. Наш князь любит честность. Я рос вместе с наследником дома Илиар и всегда считал себя везунчиком, — чувствую, что Роук улыбается. — В детстве его обучили оружейному делу, а меня — строительному. Его отец считал, что правитель должен уметь все тоже, что и простой подданный.
— Да, князь рассказывал мне об этом.
Воин замолчал, но его тело было очень напряжено, когда он говорил, голос звучал слишком спокойно, а вот дыхание было учащённым.
— Роук, для чего ты мне это рассказываешь?
— Когда я увидел тебя на невольничьем рынке, то готов был отдать все свои деньги, только чтобы купить тебя. Но князь меня опередил. Обычай предписывает, чтобы подданный сначала предложил купить что-то понравившееся правителю, и если тот откажется, купить самому, — невпопад ответил он. Странный, на мой взгляд, обычай, но в Илиар считают, что у правителя все должно быть только самым лучшим, поэтому доля логики в этом есть.
— Я бы от тебя сбежала, — раскрываю секрет. — Я бы и от князя сбежала, но он поставил свою печать. Так что ты сэкономил деньги, — мы смеемся.
— Скажу тебе это только один раз, ты умная — сама решишь. Мне нужна жена, — после этих слов я заерзала, но Роук расценил это по-своему и лишь сильнее прижал меня к себе. А я от его прикосновения почувствовала… ничего. Обнимают меня и все. — Если тебе со мной не понравится, я позволю уйти. Ты не похожа на женщин, которых я встречал раньше, твой характер… я не буду тебя ломать, ты мне нравишься именно такой. Пообещай, что подумаешь об этом…
Не успеваю ему ответить.
— Лира! — орал Кир как ненормальный и жадно искал меня глазами, — Лира!
Удивлюсь, как его голос не спровоцировал горный обвал. Конечно, все останавливаются. Кир выскакивает из повозки, в два огромных шага подходит к нам с Роуком, неодобрительно смотрит на руку, которая обнимает меня за талию, но молчит и ждет. Перекидываю ногу, чтобы спрыгнуть с лошади, но князь подхватывает меня на руки и тащит на плече в повозку, сгружает на скамейку, на которой он так хорошо спал. Чувствую толчок, значит, мы двинулись в путь.
Сажусь на край скамейки, чтобы смотреть в окно и не смотреть на своих попутчиков. Кир с довольной ухмылкой ложится на скамейку, вытягивается во весь могучий рост и кладет голову мне на колени.