– Вот… – Отец достал из кармана стопку тетрадок. – Во всех промокашки! Успел!
– Ладно, – пожал я плечами. – Я пошел?
– Беги быстрее! – закричала мама. – На первый урок не хватало опоздать!
Я метнулся к парадному входу. Залетев на ступеньки, обернулся. Мама вытирала платком слезы, папа махал рукой с кипой тетрадок, и я, потянув на себя массивную дверь, вошел в школу.
– Опаздываем, – как-то иначе, чем в садике, сделала замечание тетя Валя. – Проходи и садись на свободное место.
– Спасибо, тетя Валя, – сказал я, заходя в класс.
– Валентина Павловна Карамысова, – поправила она меня. – Мы уже не в детском саду!
Все передние парты были заняты. Второй и третий ряд тоже. Лишь на самом последнем, у стены со шкафами, остались свободные места. Иваниди с Пиркиным сидели на первой парте, разложив перед собой тетради с ручками.
– Сегодняшний наш начальный урок посвящен Родине! Все мы знаем, что столицей нашей Родины является… Какой город? – спросила нас Валентина Павловна.
– Москва! – хором ответил класс.
– Правильно, Москва!.. Муратов? Ты сядешь когда-нибудь?
Я все никак не мог выбрать себе место. Одна пустая парта стояла возле окна, другая возле стенки, и с обеих доску не было видно нормально.
– У окна, – наконец выбрал я место, где мне предстояло учиться всю дальнейшую жизнь. – Можно?
– Садись, – разрешила Валентина Павловна и продолжила: – Так вот. Мы с вами должны знать не только столицу нашей Родины, но и многое другое. Наша Родина самая большая в мире и самая справедливая. Как называется наша Родина?
– Советский Союз! – снова хором ответил класс.
– Верно! И состоит она из?..
Тут класс промолчал. Из чего состоит наша Родина, точно никто не знал.
– Из городов?
– Нет.
– Из стран?
– Тоже нет. Ребята, вы можете найти ответ в названии Родины! – подсказала Валентина Павловна.
– Из советских! – догадался Иваниди. – Родина состоит из советских.
– Ну… ты на верном пути. – Учительница прошла к доске и начала что-то рисовать.
– Советских Союзов? – неуверенно проговорил Иваниди.
– Республик! – закричал я, вспоминая уроки географии Бабая. – Пятнадцать республик! Греческой среди них нет.
Класс на слове «греческой» рассмеялся. Иваниди развернулся и кинул в меня ручку. Я бросил в него пенал, но промахнулся и попал в Пиркина. Дава, изобразив смертельное ранение, свалился со стула. В классе начался хаос, все стали кидаться друг в друга тетрадями, карандашами, в ход пошли портфели. Валентина Павловна от неожиданности сначала забилась в угол и ошалело смотрела на эту вакханалию, затем стала истошно орать. На крик прибежала Светлана Ивановна, следом за ней в класс втиснулся дядя Наум с сеткой мячей.
– А ну-ка! – грозно прикрикнула на нас завуч. – Это что такое? Вы в школе. Мигом по местам!
Класс словно только и ждал этого окрика. Разом все успокоились и расселись за свои парты, аккуратно сложив руки.
– Кто зачинщик? – Светлана Ивановна обвела взглядом класс. – У кого хватило ума на первом школьном уроке в своей жизни устроить такое? – Она остановилась на мне.
Дядя Наум, стоявший рядом с ней, сказал:
– Это от перевозбуждения у них. Искать виновных непедагогично.
– И все же виновные должны быть наказаны, – игнорируя его слова, произнесла завуч. – Кто?
Никто не хотел говорить. Молчала даже моя бывшая воспиталка тетя Валя, а теперь учительница Валентина Павловна. Молчал и класс. Но молчать – это одно, а смотреть – совсем другое. Когда на тебя смотрят и молчат, вывод сделать нетрудно.
– Встать! – глухим басом приказала Светлана Ивановна. – За мной!
Я встал, не зная, собрать вещи с парты или оставить. Решил, что лучше все же оставить, и, провожаемый сочувствующими взглядами одноклассников, вышел из класса. Через секунду за мной выскочил Иваниди.
– Куда нас? – шепотом спросил он.
– Не знаю, – так же шепотом ответил я, – наверное, выгоняют из школы.
В учительской было шумно. В одном углу за столом толстый дядька размахивал руками и возмущался:
– Курят уже! Как паровозы. Поймал двоих за школой. Родителей вызвал. А им что – стоят ухмыляются.
– Время такое, – сокрушенно покачала головой старушка в массивных очках, – хорошо хоть не пьют.
– Начнут, – убедительно сказал дядька. – Помяните мое слово: еще года два – и начнут!
– Куда катимся, – вздохнула старушка и, приподняв очки, взглянула на нас.
Дядя Наум зашел в учительскую, не выпуская сетку из рук.
– Вот новая парочка хулиганов, – развела руками Светлана Ивановна, – на первом же уроке устроили свару, напугали новенькую учительницу… довели до слез.