— И эта, — темный ткнул в меня, — пусть проводит.
— Лаэр, у нас заведение приличное, мы не предоставляем особые услуги, — храбро встала на мою защиту Тосс.
— Что? — медленно поднял на нее злой взгляд мужчина, — Я плачу! Эта идет со мной! Я сказал!
— Лаэр… — решительно загородила меня своей объемной фигурой хозяйка таверны, но я ее перебила.
— Лаэра Тосс, он пьян. Не стоит ему перечить. Провожу до комнаты, ничего страшного, — тихо проговорила, положив ладонь на ее руку. Она обернулась, — Восемь кувшинов настойки.
— Не донесешь же, — осмотрела с сомнением мою фигуру Тосс, — Я подсоблю.
— Как скажите, лаэра Тосс, — согласилась, решив не спорить.
Я осталась в зале принимать и разносить заказы, а женщина поспешила наверх, торопясь приготовить комнату для важного посетителя. Раз в три дня в таверну приходила наемная работница и приводила комнаты в порядок, отмывая полы и окна. Здесь останавливались небогатые люди, их все вполне устраивало. И кормежка, и чистота помещения.
— Комната готова, лаэр, — вернувшись, сообщила Тосс, — Тиль!
Хозяйка перехватила у меня из рук поднос и подтолкнула к медленно поднимающемуся на ноги мужчине. Я взяла со спинки стула его плащ, шляпу со стола и замерла в ожидании. Остальным посетителям хватило короткого взгляда на лицо темного, чтобы постараться не привлекать к себе внимания и уткнуться обратно в тарелки. Разодетый в богатую одежду лаэр смотрелся здесь странно. Его скорее можно представить во дворце Лэра, возвышающегося в центре столицы, чем в «Сварливой кошке».
Темный направился к лестнице, ведущей на второй этаж, совершенно не заботясь, следую за ним или нет. Хотя с уверенностью могу сказать, если бы он заметил мое отсутствие, то влетело бы обеим нам с Тосс. Помощь мужчине не понадобилась, он размеренным шагом пересек расстояние до лестницы и медленно поднялся на второй этаж.
Лаэр вошел в распахнутую дверь приготовленной комнаты и остановился посередине спиной ко мне.
— Дверь закрой, — тихо приказал он и принялся раздеваться.
Испугано прижалась к двери, стиснув руками мужской плащ.
— Я не ясно сказал? — недовольно развернулся ко мне.
— Слушаюсь, — пришлось подчиниться.
Темный снова отвернулся, а я закрыла дверь и занялась его одеждой. Развесила плащ, расположив его на крючках, устроила шляпу на стуле. За это время мужчина снял с себя колет и остался в одной тонкой рубашке, столь тонкой и дорогой материи, что иногда сквозь нее просвечивались очертания его тела.
— Садитесь, лаэра Тиоль, нам надо поговорить, — теперь в его тоне звучала просьба, а не приказ, да и обращение он сменил на вежливое, перестав говорить «ты», как подавальщице.
Присела на краешек свободного стула, а мужчина, переложив шляпу на кровать, придвинул стул вплотную ко мне и расположился рядом. Мои руки покоились на коленях, прижатых друг другу, а он наоборот развел ноги в стороны и оперся кистью руки в бедро.
— Лаэра Тиоль, — понизил он голос почти до шепота, — несколько раз мне удавалось вырвать вас из неприятностей.
— Поверьте, я вам очень благодарна, лаэр, — отозвалась так же негромко.
— Вчера вы были буквально в полушаге от ареста, — мрачно продолжил темный.
— Я понимаю, — внутри все сжалось от ужаса, — И ваш поступок сделал меня вашей должницей.
Глаза пришлось отвести в сторону. Никогда больше не смогу никому помочь и пожелать счастья. Фейри всегда благодарили тем, что меняли реальность, даря радость и любовь.
— За эту ночь псы нашли много фейри, — жестко произнес темный.
Вздрогнула от ужаса. Значит, мы не одни выжили и продолжали существовать.
— Марасы. Все погибли этой ночью, — тем же тоном сказал лаэр, а я вскинула на него взгляд.
Нет, он не радовался смерти славному роду фейри, которые несли здоровье и процветание.
— Холаны, — сухо продолжил он.
То есть кто-то из них был жив до сегодняшней ночи? Управляющие стихиями.
— Уварты, — продолжил перечислять темный.
У меня вырвался вздох отчаяния. Ближайшие родственники, покровители искусства.
— Лаэр Триполь и лаэра Наилита Шапры ожидали рождения ребенка. Их растерзали псы.
Сдерживать слезы больше не получалось, они скатывались по щекам, а руки стиснула до побелевших костяшек.
— Это только начало, — безжалостно продолжал темный, — всего три квартала осмотрели, — Слухачи постарались, донеся на многих, кто помогал фейри. С рассвета идут казни за городом. Лаэра Тиоль, вас интересует, что будет дальше? — спросил он меня.