Я молчала, сомкнув руки на столе перед собой. Поступки, слова становились понятны.
— Ты говорила о чувствах, — напомнила я, поднимая тяжелый взгляд.
— Фейри верят, что они обретают истинные чувства, проходя через Арку. Только в союзе любви рождаются дети, — Лаэль сжала губы, но взгляд не отвела, — Фейри могут любить того, кого им подсказывает сердце. Сестричка, Дэрил любил тебя по-настоящему. Всей своей душой. И ты …
— Что я? — Хрипло переспросила ее.
— И ты его тоже любишь. — Тихо закончила она.
— Прекрати, — потребовала мама, заморгав, пряча предательские слезы.
Ее понять можно. Привычный мир рушился на наших глазах.
— Тиоль, пойми. Ты можешь любить мужчину, не урожденного фейри, — проникновенно произнесла лаэль.
— Не могу, — упрямо тряхнула головой.
— Ты давно его любишь, — мягко улыбнулась сестра, — Не знаю, как вы встретились и какие обстоятельства свели, но чувства у вас вспыхнули взаимные. Лаэр Дэрил не обманывал себя, а вот ты …
— Не-ет. Этого не может быть. Нет! — Вскрикнула я и прижала трясущуюся ладонь к губам.
— Может, сестренка, — улыбнулась Лаэль. — Вы любили друг друга. Поэтому меня взволновал шепот вокруг твоих связующих нитей.
— Мама! — Обратилась я к последнему столпу знакомой жизни.
— Жизнь меняется, Тиоль, — обреченно призналась она. — Впервые реальность не подвластна фейри.
Я плакала то ли от счастья, то ли от горя. Сердце рвалось на куски. Если бы я знала! Если бы могла предположить, что люблю мужа …
Как я могла не увидеть очевидного?
— Плачь, мученица, плачь, — по-доброму рассмеялась Лаэль, похлопав по плечу. — Теперь ты знаешь обо всем. Осталось разобраться, что нашептывают связующие нити.
После трудного разговора вечер прошел почти в полном молчании. Мама и сестра понимали необходимость осмысления новой реальности. Свыкнуться с откровениями оказалось трудно. Воспитание фейри не позволяло отказаться от привычных норм. И все же.
Иногда я бросала пытливые взгляды на сестру, а если мы встречались, она ободряюще улыбалась. Мама скорее выглядела растерянной и немного подавленной. Ей еще тяжелей привыкать к новым обстоятельствам.
Остатки дня мы посветили отдыху, решив отложить принятие решений на завтра.
— Тиоль, пора вставать, — позвала меня мама, — С утра зарядил проливень.
— Темные, как сговорились, — зевнув, недовольно пробурчала Лаэль, — Тиоль, что собираешься делать?
Будничный тон и слова скорее убаюкивали, а не будоражили. И все же я сделала над собой усилие и поднялась с неудобной постели. Давно ли я привыкла к хорошему отдыху?
— Я не знаю, — буркнула сонно, — Надо узнать, кто может рассказать о Дэриле.
— Лэр, — весело фыркнула сестра.
— Лэр? — вскинула на нее удивленный взгляд.
— Он точно знает, за что арестовали твоего мужа, — пожав плечами, пояснила Лаэль.
— Не вздумай, — пригрозила мама. — Девчонка болтает не пойми что.
— Во дворец тебя точно никто не пустит, — задумалась фейри. — Но могут тебя пригласить. А, сестренка? Вот тогда и спросишь о судьбе мужа.
— К Лэру опасно приближаться! — взволнованно воскликнула мама.
— Нам, но не ей. Она больше не фейри. Настоящая темная лаэра, — с гордостью произнесла сестра.
Внимательно присмотрелась, но она не шутила, говорила совершенно серьезно.
— Подумай, как я могу получить приглашение, — попросила Лаэль.
Фейри отправилась в путешествие по связующим нитям. Глаза засветились магией, беспокоить ее никто не посмел. Мама бросила досадливый взгляд, и отправилась за ширму умываться, а я перекладывала вещи в ожидании. Потом наступила моя очередь освежиться, а Лаэль не возвращалась. Мы с беспокойством поглядывали на нее, помня запрет Лэра на воздействие фейри. Ничего страшного не происходило, но волновались с каждым мгновением все сильнее.
— Лаэль, милая, — не выдержав, положила руку на плечо мама.
Сестра глубоко вздохнула и долго выдыхала. Она некоторое время восстанавливала дыхание, а потом встретилась со мной взглядом.
— Ты сможешь встретиться с Лэром, — выдала Лаэль, — но ты уверена, что готова к этому?
— Если есть шанс спасти Дэрила, я готова, — серьезно ответила ей.
— Будет непросто, а самое главное не быстро, — покачала головой она.
— Говори, что надо сделать, — потребовала я.
— Много что, — уклончиво сообщила она, напомнив прежнюю фейри, — Я помогу, — встретившись взглядом с мамой, добавила, — Мы поможем.
Обернулась на маму. Она кивнула, подтверждая намерения.