Ханна взволнована, а больше всего на свете я не хочу чтобы она переживала, и тратила свои нервы в пустую.
— Ладно, хватит на сегодня разговоров про Джона и его шизофрению, — Я встал со скамейки, и Ханна сделала тоже самое. — Поехали, — Я взял ее за руку, и потащил к машине.
— Куда?
— Туда, где ты забываешь обо всем и чувствуешь себя счастливой.
— В парк аттракционов?
— Именно.
С этой секунды я сделаю все для того, чтобы построить наш фундамент заново. Он будет без трещин, без сколов, и самое главное: он будет построен на доверии. Глядя на девушку, которая сейчас без умолку рассказывает очередную историю, я могу с уверенностью сказать что я готов сделать все, чтобы она была счастлива.
— Как ты думаешь, у нас получится? — вдруг спросила она.
— Что именно?
Я сделал радио потише, и немного сбавил скорость.
— У нас получится забыть все, и идти дальше?
Именно этого я и боялся. Она хочет мне доверять, но она боится.
— Со своей стороны я сделаю все возможное. Тут уже вопрос к тебе, готова ли ты все забыть?
Ее молчание меня напрягало. Она нервно потерла пальцы, а я сильно сжал руль, и ждал ее ответа. — Если ты не готова, то ты скажи, я все пой…
— Я готова, — твердо сказала она. — С тобой бывает сложно, но без тебя еще сложнее.
В этот момент я почувствовал себя маленьким мальчиком, которому родители подарили то, о чем он давно мечтал. Я улыбался, и вместе со мной улыбалась Ханна.
— В письме ты написал “к черту всех тех, кого я называл друзьями”, это значит что вы больше не друзья?
— Да, — коротко ответил я.
— А что насчет Логана, ты бы хотел его вернуть?
Рана под названием “Логан” еще кровоточит, но все как было уже не вернуть. Я поступил хреново, и это факт.
— Давай не будем об этом.
Ханна достает телефон из кармана, и ее выражение лица меняется. Ее руки дрожат, и она протягивает мне телефон.
Ханна
Джон скинул мне фотографию. Все бы ничего, но на фотографии моя комната, и раскрытый конверт на моей кровати. Что он делает в моей комнате? Как он туда попал? Мое сердце упало в пятки. Дома ведь Макс. Я дрожащими руками ищу номер Макса, и нажимаю на кнопку вызова. Марк ходит вокруг меня, и матерится. Я сбилась со счета сколько раз он оскорбил Джона, и сколько в его адрес было брошено угроз.
— Я сломаю ему руки, хотя нет, я сломаю ему ноги. Я сломаю и руки и ноги, — бубнит Марк.
— Макс не берет трубку, — по моим щекам покатились слезы.
— Садись, поехали, — сказал Марк, и я села в машину.
В этот раз я не ворчу на Марка чтобы он сбавил скорость. Сейчас это не главное. Главное чтобы мы как можно быстрее приехали домой, и я убедилась что с Максом все хорошо. В моей голове множество вопросов, и эти вопросы угнетают.
Марк паркует машину, и я пулей вылетаю из нее, но у самой двери Марк меня останавливает.
— Давай я первый зайду, — сказал он, и я кивнула. Марк открывает дверь, и мы заходим в дом. Я бегу в гостиную, и на диване вижу Макса. Он озадаченно смотрит на нас с Марком, и кладет свой сэндвич в тарелку.
— Ребят, вы чего? Что случилось? — в недоумении спросил Макс.
— Почему ты не отвечал на мои звонки? — кричу я.
— Телефон в комнате, я не слышал. Чего ты так орешь-то? Что случилось?
— Джон приходил? — спросила я.
— Да.
— И ты его впустил?
— Я думал ты у себя в комнате, поэтому да, я его впустил.
Я вздохнула, и взяла Марка за руку. Мы поднялись в мою комнату, и я ее осмотрела. На кровати рядом с письмом Марка, лежало записка от Джона.
“Я знаю что не должен был брать это письмо, но я могу все объяснить. Позвони как будешь готова со мной поговорить”
Я прочитала записку, и протянула ее Марку. Он ее прочитал, скомкал и выбросил.
— А что, если Джон мне звонил, я не брала трубку, и он решил прийти ко мне и поговорить, но меня не оказалось дома, и он сфотографировал открытый конверт чтобы я поняла о чем он хочет поговорить…
— Я все равно останусь при своем мнение. Он больной ублюдок.
— Ладно, давай не будем об этом, — сказала я. — Раз у нас не получилось доехать до парка аттракционов, может быть мы тогда прогуляемся? — предложила я.
Марк согласился, и наша прогулка затянулась до утра. Мы были совершенно в новых для меня местах. Эта прогулка открыла глаза на совершенно другого Марка. Заботливого и внимательного. А еще безумно романтичного.
Утром Марк проводил меня до дома, и уехал. Время позволяло принять душ, погулять с Каспером, позавтракать, и отправится в университет. Я позвонила Джону, и назначила ему встречу в парке через полчаса.