-Каталина, незамедлительно полезайте вовнутрь – твёрдо сказал аббат. – Сидите тихо, что бы ни произошло, от вашего самообладания, девочка, зависит сейчас очень многое.
Также внутри он показал мне мешок наполовину чем-то заполненный, разъяснил, как сдвинуть доску, лежащую на полу, тем самым открыв возможность выпасть из ящика на землю под каретой. Глаза аббата всматривались в мои. Как будто искали в них что-то очень важное для себя.
И я решилась:
- Не бойтесь смерти падре, это всего лишь переход. Но и смерть, она бывает разная, - мои слова, произнесённые тихим, шёпотом заставили его вздрогнуть, не отрывая от меня взгляда, он осенил себя крёстным знамением.
- Верьте моим словам, поверьте в себя и главное, в силу Вселенной.
- Ради таких знаний я выживу и попытаюсь всё изменить, я обязательно вернусь, – сказал мой спутник. – В мешке еда, мужская одежда и деньги их должно надолго хватить.
- Повторяю, верьте, - смотря во встревоженные глаза мужчины, я залезала в ящик,
- Там во тьме помните, и верьте, и проситесь обратно у Создателя. По вере и будет вам.
Я обняла его, крепко прижавшись. А затем скользнула на дно.
Аббат Антонио закрыл ящик и уселся на него, взяв в руки библию. Буквально каких-то двадцать минут ожидания под тихую молитву, что читал мужской голос, и стало слышно, как к нам приблизились догоняющие. Далее были громкие голоса, спор, всё смешалось. Я не знала количества преследующих нас мужчин, но понимала, что силы, столкнувшиеся на закате дня, оказались слишком не равные.
Аббат, открыв дверь экипажа, не спеша, вышел и спросил тоном уверенного в себе человека о причине задержки. А также пояснил всадникам, что ему незамедлительно нужно ехать к умирающему другу. Затем я поняла, что карету осматривают, съёжившись от страха, закрыв глаза, я боялась разоблачения, боялась всего.
Боялась дышать, боялась, что преследователи услышат стук моего сердца. Мысли рисовали одну страшную картину за другой. Единственное за что просила Всевышнего, чтобы не было насилия, а смерть была быстрой и мгновенной.
Я поняла - это испытание, дано мне для того, чтобы, наконец-то кто-то понял, легко говорить
«- я бы изменила свою жизнь», - но вот они обстоятельства и что ты поделаешь, что изменишь?
«- Господи помоги. Вселенная услышь меня! Мадонна, заступница!»
Наш кучер, потеряв терпение, просто стал внезапно стрелять в чужаков, мне в моём убежище слышались выстрелы и скрежет металла, крики и стоны боли. Это было настоящее сражение. Долгое. Потом всё затихло, не верила сама себе. Не дышала. Или делала это, но через раз. Всё ждала и ждала, не помню, сколько по времени. Чего ждала? Может, того, что аббат откроет ящик и спокойным, уверенным голосом предложит мне выйти из моего укрытия, но тщетно. Как сдвинуть верхнюю крышку я не знала, возможно, она открывалась только в салоне дормеза. Посмотрев в щёлку на улицу, я увидела, что смеркается, подумала, что пора вылезти и потихоньку спрятаться где-то поблизости.
Отодвинуть под собой доску, я пыталась, но это была та ещё проблема. Откатываясь и приподымаясь на локтях, тихонько сдвигала её, пытаясь вылезти наружу. Когда мне это удалось сделать, на землю опустилась ночная темнота. Я вытащила мешок, лежащий рядом со мной, задвинула доску обратно и ползком в пыли, под каретой стала продвигаться к траве, которая росла по обочине дороги.
Закатившись в придорожную канаву, лежала, смотрела в звёздное небо и слушала ночные звуки вокруг. Я боялась услышать стон раненного, кого-то из мужчин, лежащих сейчас на дороге. Смогла бы бросить беспомощного человека на дороге и сбежать. Не знаю, наверное, смогла бы. А если бы это был аббат? А что мне делать с раненым человеком на руках? Я собиралась воспользоваться шансом и скрыться. Я не хотела приносить свою жизнь в жертву.
Смогла бы я спасти кого-либо, забыв при этом про себя? А они сделали бы так же? Лошади, которые были под всадниками, разбежались, запряжённые же в карету сдвинулись в сторону травы и мирно стояли, пережёвывая пищу. Вокруг экипажа лежали убитые или раненные, истекая кровью, и всё это освещал холодный лунный свет. Звуки природы, тихий шелест листвы и лёгкий ветерок. Насекомые, и их стрекот ... У меня просто стыла в жилах кровь. Такой контраст.