Оставшееся до сумерек время, шаталась по городу одинокая, растерянная и совершенно потерявшая былую уверенность. Я сама у себя вызывала дикую жалость, что же думали встречные горожане. Ближе к вечеру решила вернуться и снять небольшую комнатку на постоялом дворе, который стоял недалеко от того строения, в которое мы приехали изначально. Так же думала, как вариант, попроситься на ночлег к спутникам из деревни или вернуться обратно.
Прекрасно осознавала, что попытка освоить город не удалась.
«- не справилась, что же делать дальше», - шептала и бессильно шла обратно, ориентируясь на те или иные приметные строения.
Эта неудача тревожила меня всё больше. Не было рядом никого кто мог мне подсказать, что я делаю не так.
Уставшая плелась по незнакомому городу и, наверное, со стороны производила действительно жалкое впечатление.
На мосту мой взгляд задержался на девушке, стоящей практически на самом краю этого каменного строения. Не было в ней ничего не обычного, и будь я простым обывателем, наверно прошла бы мимо этой серой фигурки. Но мой взгляд подмечал всё, мозг работал на все сто процентов, пытаясь вжиться в новую реальность.
Совсем молоденькая, миниатюрная брюнетка, в стареньком, но когда-то дорогом, добротном одеянии, в накидке из хорошей шерсти. Голова покрыта была изначально, наверное, капюшоном, но он слетел и лежал на худеньких плечах бесформенной кучкой ткани. Прохладный ветерок трепал кудри.
Весь её облик, всё, как она стояла, как сложила руки на груди, выражало отчаяние. Я не смогла пройти мимо, понимала, что нарушаю все правила приличия, и одетая в одежду молодого сельского парня не должна была обращаться к незнакомке непредставленным. Да о чём это я? Представленным, непредставленным. Я была просто социально на другой стороне пропасти, разделяющей нас. Но тем не менее: я подошла к ней и произнесла:
- Не делай этого, посмотри на меня, – она обернулась, я утонула в глазах полных слёз и отчаяния.
Протянула руку и осторожно коснулась человека, который не существовал уже давно, в двадцать первом столетии:
– Пошли. Отойди от края, посмотри, ограда в этом месте совсем сломана, это опасно.
Возникло замешательство и пауза, которая заставила меня понервничать. Незнакомка могла просто закричать, и я бы погибла, людей было много вокруг. Девушка, переодетая в парня, могла сразу, стать ведьмой, преступницей, да кем угодно. Я безумно рисковала. И в то же время понимала, на что решилась эта бедняжка и не могла пройти мимо. Спрыгнув с высокого моста, в быструю реку, у неё просто не было шансов спастись.
- Доверься мне, - эти последние мои слова, произнесённые практически шёпотом, послужили каким-то толчком для мадемуазели. Она крепче взялась за меня и молча пошла следом. Но перед этим наши глаза вновь встретились в немом диалоге. И я будто познала её всю без остатка - удивительную и необычную, печальную и полную решимости. Мы перешли мост, возникшая необходимость заботиться о девушке сделала меня более решительной. На незнакомом, первом от моста постоялом дворе я попросила номер, ужин и горячую воду для нас с сестрой.
Не задавая друг другу вопросов, мы молча зашли в предоставленный нам номер после того, как принесли еду - поужинали. Также служащий гостиницы занёс нам горячую и холодную воду в двух вёдрах. Девушка отчего-то отводила взгляд, и всё время молчала. Я бы сказала, что она просто дичилась меня. Решив доесть фрукты, я сидела без шляпы в её комнате, и было видно, что мои волосы странным образом подвязаны шнуровкой. Незнакомка же не обращала на этот факт вообще внимания, уйдя сознанием глубоко в себя.
Номер представлял собой две маленькие комнатки с широкими кроватями, которые занимали практически всё пространство, они были чистые и опрятные, что понравилось сразу. Небольшой коридорчик с загородкой для интимных надобностей; в одной из комнат стояла ширма, за ней глубокая бадья, вот и все удобства. Но всё же нужно было отдать должное - эти скромные апартаменты закрывались на прочный замок, и они были чистыми, пахло уксусом, значит, хозяева отмывали их этим раствором.