Незнакомка опять поразительно долго смотрела на меня, не отрываясь в упор, а потом, резко развернувшись, она вышла, хлопнув дверью.
Просто нонсенс, такое поведение для монастыря в Средние века. Не находите, мой читатель? И что она могла разглядеть на моём лице? Да кто она?
И к чему этот поклон? Совершенно невоспитанная особа, решила я изначально, но к вечеру, анализируя ситуацию, поняла, что это предвестник.
«- моя молитва услышана, нам будет дан шанс».
«- нужно вспоминать английский язык. Ведь в школе мы его учили немилосердно, зарабатывая положительные отметки».
Самообразование без учебников, по памяти дело бесперспективное, но всё же на сон грядущий, хоть что-то. Так, повторяя, нечто пришедшее на память, уснула.
Глава 3
Изменения в налаженной жизни, так ли они нам нужны? Ведь облик перемен он ощущается сразу. Есть люди, которые не любят те или иные метаморфозы, считая, что не все они ведут к чему-то лучшему.
А что лучшее для меня? Этот вопрос не покидал моё сознание все последние дни. Будет ли у меня хоть какой-нибудь выбор в жизни?
Напряжение в поведении окружающих меня людей, и недосказанность чего-то очень важного были сравнимы только что с грозой летним вечером, которая напряжённо собирается показаться во всей красе, взяв себе в спутники гром и зарницу.
А ведь с утра так всё было чудесно.
«- как увлекательно», - скажите вы.
«- возможно», - отвечу с надеждой.
Как ручейки с гор, которые тихонько прокладывают свой путь под каменистыми склонами, так и гроза подкрадывается незаметно, её манипуляции давят на сознание, обостряя интуицию.
Я что-то чувствовала в поведении служащих монастыря, росло напряжение, за вежливыми улыбками угадывалась нервозность двух служителей святой церкви. Разум улавливал изменения, пока ещё не явные, но они были очень осязаемы.
Снова появилась женщина, которую я называла «нянюшкой», что-то угнетало её. Я чувствовала тревогу, она окутывала серой действительностью эту бесхитростную, и в принципе очень добрую сеньору. По моим предположениям, она вырастила меня с младенчества. В душе я была ей очень признательна за это.
Язык её жестов выдавал сильное волнение. Суетливо пощипывая бровь и облизывая губы, она пыталась вести себя как обычно, видимо, отгоняя беспокойные мысли. Но безуспешно. Очевидно, думы её были невесёлыми. А вечером она принесла отвар из каких-то трав и попросила выпить. Объяснений не было. И только её настороженный взгляд следил за всеми моими действиями, ничего не объясняя.
С моей стороны не было страха, нет. Я растерянно и изумлённо шептала в ответ:
-Что-то случилось? Это лекарство? Я могу заболеть?
Однако не посмела отказать. При ней выпила настойку, с улыбкой послушного ребёнка возвращая кружку. Увидела в ответ, виновато опущенные глаза, в которых, застыли невыплаканные слёзы. Монахиня явно поступала в данный момент против своей воли.
«- что Они задумали? Мадонна, как надоело быть в чьей-то власти».
После ухода женщины меня охватил трепет. Сердце стучало так громко, что, казалось, сейчас сбежится весь монастырь. Стало страшно. Отпустило. И вновь! Пустилось вскачь. Разум пытался обуздать состояние.
Ладонь коснулась виска. Мысли! Они подсказывали! Незамедлительно вызвала рвоту. Всё, что выпила, отправила в ночной горшок, после чего закрыла его крышкой и сдвинула далеко под кровать. Долго не могла отдышаться, вытирая пот с лица. Выпила как можно больше чистой воды из кувшина, и после вечерней молитвы почувствовала сонливость. Допила воду.
По моим внутренним часам было ещё рано ложиться спать, я примерно поняла, что было в той кружке. Уверена, что чувствовала аромат корня пиона и валерианы, их ни с чем не спутаешь. Думаю, наверное, должна была уже беспробудно спать, по плану тех, кто для меня приготовил сей напиток.
Расслабилась, попыталась отключить сознание, выровнять дыхание, и уйти в медитацию. В результате на кровати лежал ребёнок, по виду крепко спящий. Я старалась, чтобы ничего не выдавало, что я в сознании, всё слышу и понимаю. Мне казалось, что даже сердце моё медленнее стало биться.