— Небольшая недомолвка.
Сара все поняла и не стала допытывать его расспросами.
— С завтрашнего дня я официально возобновляю учебу, — улыбаясь, произнесла она.
— Что ж, учись усердно.
— Угу. Все готово, попробуй этот ананас, очень свежий и сладкий! — Сара взяла в руки кусочек и поднесла к его губам.
Итон напряженно открыл рот.
— Вкусно? — спросила Сара, очень мило улыбаясь.
— Да.
Сара пристально посмотрела на его двигающиеся губы и поднялась на цыпочки и поцеловала его губы.
— А кто вкуснее? Я или ананас?
Итон все еще чувствовал тепло и нежное прикосновение ее губ и не мог прийти в себя от волнения и бешеного стука сердца, возникших в тот момент, когда она его поцеловала. Запинаясь, он еще долго не мог ничего произнести.
Саре нравилось смотреть на его растерянный вид. Он выглядел глупо, и в то же время смешно.
— Как выглядит, — Разложив нарезанные фрукты на тарелке, девушка спросила.
Она работала в ресторане и увидел, как повара сервируют блюда. Она очень изящно разложила фрукты на тарелке, и на красивой домашней посуде это выглядело действительно очень красиво.
— А ты много чего умеешь.
— Я очень крутая, правда ведь? — усмехнулась над собой Сара.
Итон знал, что она многое испытала в жизни, и поэтому очень многое умела делать. Протянув руку, он прикоснулся к ее щеке и с любовью сказал:
— Теперь я буду заботиться о тебе.
— Я верю тебе.
— Продолжайте, я ничего не видела. — подтрунивала над ними Кира. Она стояла, прислонившись к двери и скрестив руки.
— Ты уже ведешь себя как Стас.
Как только упомянули имя Стаса, Кира сразу же ушла.
Сара засмеялась.
— Пошли тоже, — сказала она.
Итон кивнул головой.
— Поешьте фруктов. — Сара и Итон поставили тарелки на журнальный столик, чтобы каждый мог поесть фруктов, занимаясь своими делами.
— Я хочу сначала поесть, а потом продолжить писать, — Маша нашла себе оправдание.
Ей было тяжело прописывать буквы, и от этого у нее болели руки. Паша уже давно справился с заданием учителя, а Маша так его и не закончила.
Илья Никитич очень любил свою внучку.
— Хорошо, иди поешь. Сделай передышку и потом продолжишь писать.
— Спасибо, дедушка, ты самый лучший. — Маша обняла и поцеловала дедушку. И он в ответ ей ласково улыбнулся.
В это время раздался звонок в дверь. Кира сидела рядом, и поэтому она встала и произнесла:
— Сидите, я открою дверь.
Она подошла к двери и, открыв ее, увидела незнакомую женщину средних лет, толкающую инвалидное кресло.
Глава 730 Не узнать при встрече
В кресле она увидела очень знакомого ей человека. Это была бабушка Стаса. Как она здесь оказалась?
Кира очень изменилась, и старушка совсем не узнала ее.
— Вы кто? — спросила она, ведь никогда раньше не видела эту девушку.
Какое-то время Кира не знала, что ей ответить. Сказать, что она Кира или не говорить? Она и не думала, что вдруг столкнется с ней таким образом.
Итон подошел и увидел в двери старушку.
— Как вы здесь оказались? — спросил он.
Глаза старушки были слегка покрасневшими.
— Я пришла к тебе и к Диме.
Итон взялся за инвалидную коляску.
— Что случилось?
Старушка глубоко вздохнула.
— Это все Стас, он разозлил меня.
Вспоминая то, каким решительным и непреклонным он был, она чувствовала, что не хочет больше жить.
— Он вам звонил? — спросила старушка.
Они сильно поссорились, и Стас в гневе ушел от нее. Она волновалась за него, но в то же время не могла смириться с его решением.
— Нет, бабушка, что-то случилось?
— Он вдруг сказал мне, что не хочет заводить детей, что он их не любит. Скажи мне, он что совсем с ума сошел?
Итон покатил коляску подальше от входа, оставив Киру в доме.
Кира слышала слова старушки и понимала, зачем она приехала сюда. Бабушка надеялась, что Дмитрий и Итон смогут убедить Стаса. Предположив, что еще может сказать старушка, Кира не стала идти за ними, не желая услышать что-то лишнее и из-за этого почувствовать себя неловко.
Итон привез старушку к прямоугольному фонтану, находящемуся по правой стороне от особняка. Он боялся, что Кира может услышать, и что кто-то из присутствующих в доме проболтается старушке, что дверь ей открыла именно Кира.
Даже без объяснений старушки, он смог бы догадаться, что произошло. А иначе как эта больная женщина могла приехать в особняк в такой поздний час?