— После родов тебе нельзя простывать, береги себя.
Светлана кивнула и вышла из дома. Она села в машину, на которой водитель уже долго ее ждал.
Спустя короткое время в дверь позвонили, Виктория Александровна собрала белье на стирку и решив, что Светлана забыла что-то и вернулась, открыла дверь и сказала:
— Что-то забыла…
Не успела она договорить, как увидела на пороге Дмитрия, и проглотив остальные слова, спросила:
— Ты уже вернулся?
— Да, сегодня освободился пораньше.
Сняв обувь, Дмитрий надел тапочки и сразу же направился в сторону Ильи Никитича, стоявшего у окна с внуком на руках.
Дмитрий протянул руки:
— Дай мне ребенка.
Илья Никитич взглянул на него и спросил:
— Ты вымыл руки?
Глава 785 Идеальный во всех отношениях
Дмитрий послушно пошел в ванную, тщательно вымыл руки с мылом, и сняв пиджак, снова подошел к отцу. Илья Никитич спросил:
— В компании совсем мало дел, что ты так рано приехал?
Дмитрий промолчал.
— Посиди, отдохни пока.
Дмитрию лишь оставалось сесть и смотреть на них.
Виктория Александровна положила груду вещей на диван и спросила:
— Дима, ты так рано вернулся, чтобы поскорее увидеть сына?
Дмитрий усмехнулся. Он даже сейчас испытывал неописуемый трепет, узнав этот малыш — его сын.
Когда Вик только родился, его отправили в неонатальное отделение, Дмитрий, переодевшись в стерильное, с разрешения доктора прошел к нему и увидел его лежащего в инкубаторе. Он был такой крохотный, похожий на мышонка, синюшного цвета и подключенный к медицинскому оборудованию, которое контролировало его жизненные показатели. То, что он смог выжить и при этом так быстро пойти на поправку — настоящее чудо.
Дмитрий не мог понять подобные чудеса, случающиеся в жизни. Он не верил ни в каких богов, и не верил в то, что в жизни появляются случайные люди, когда кому-либо нужна моральная поддержка.
Но когда ситуация коснулась его ребенка, он благодарил бога за то, что позволили его сыну прийти в этот мир. Если бы его ребенок не выжил, он бы винил себя и страдал до конца жизни. Ведь это он подписал документ о согласии на прерывание его жизни в экстренном случае.
— А где Света? — придя домой, он еще не видел ее.
— Она поехала навестить Киру, — произнеся это, Виктория Александровна вздохнула, судьба Киры казалась ей тяжелой, и ей было очень жаль ее.
— Скорее сюда, Вик улыбнулся, — позвал их Илья Никитич.
Малыш лежал с закрытыми глазами и очевидно спал, но только что широко улыбнулся во сне.
Екатерина Алексеевна тут же подбежала к нему.
В этот момент малыш перестал улыбаться, только Екатерина Алексеевна хотела задавать вопрос, как тут же увидела, как его маленький ротик действительно растянулся в улыбке.
— Ах, какой очаровательный этот малыш, наверняка ему снится что-то хорошее, что он так радуется. Может ему снится его будущая невеста?
Виктория Александровна, взяв кучу вещей, собралась идти наверх и сказала:
— Какая может быть невеста в этом возрасте.
— Пройдет двадцать лет, он вырастет в красивого парня и наверняка заведет девушку, — промолвила Екатерина Алексеевна.
Виктория Александровна рассмеялась: Катя мыслит далеко наперед.
В этот момент Екатерина Алексеевна вновь тяжело вздохнула:
— Вот только доживу ли я до тех пор и увижу ли его невесту.
— Вы доживете до ста лет.
Екатерина Алексеевна улыбнулась.
Когда Паша с Машей пришли вечером с учебы, Маша снова оккупировала маленького брата, она прилегла на край кровати и то теребила своими маленькими ручонками его щечки, то гладила его по голове и тихо вздыхала:
— Это мой братик.
Паша относился к брату спокойно и уже привык к нему, он сидел рядом с Дмитрием, сложив руки на груди, затем спросил у отца:
— Папа, что ты чувствуешь, став отцом?
— Мне не впервой, я уже давно привык к роли отца. А ты что чувствуешь, став старшим братом?
На что Паша безразлично ответил:
— Мне тоже не впервой, я давно привык к роли старшего брата.
Светлана не вернулась к ужину, дети делали уроки под присмотром Ильи Никитича. Екатерина Алексеевна захотела понянчится с малышом, поэтому мытьем посуды занялась Виктория Александровна.
Малыш в это время пил молочную смесь, накрепко присосавшись к бутылочке своим маленьким ротиком, вскоре все двадцать миллилитров смеси были выпиты.
Екатерина Алексеевна поставила бутылочку на стол и вытерла ему рот. До кормления он бодрствовал, а выпив смесь, вновь уснул.