— Ты уже получил эту компанию, просто дай своему брату официальную работу, и все, почему ты так жесток к нему?
Георгий опять подошел к кровати, он возвышался над отцом:
— В то время твоя фирма была на грани банкротства, недостачи покрыли за счет выплаты по случаю смерти моей матери, только поэтому компания не разорилась. Я жесток к нему? Помнишь, как твоя новая жена потеряла тысячу рублей, а вы все говорили, что я взял деньги? Как ты обращался со мной? Ты забыл?
В то время он лишь недавно приехал в этот дом, Анастасия Злобина сказала, что потеряла деньги.
— В дом не приходят посторонние, никогда ничего не пропадало. Я положила деньги на текущие расходы в ящик, тысяча рублей вдруг пропала ни с того, ни с сего. Не знаю, что случилось.
Она не сказала напрямую, но смысл этих слов заключался в том, что он — посторонний человек, раньше ничего не пропадало, но после его прихода стало пропадать. Она намекала, что деньги взял он. Евгений Зиновьевич тоже решил, что деньги украл старший сын, и хотел заставить его признаться, вернуть деньги. Георгий сказал, что не брал. Евгений Зиновьевич не поверил и настаивал на том, чтобы мальчик признал свою вину, вернул украденное.
Георгий был упрямым, к тому же он не брал деньги, как он может признаться в этом. Евгений Зиновьевич взял ремень и ударил мальчика. Анастасия Злобина стояла рядом и смотрела. Он до сих пор помнил ту радость в ее глазах при виде его страданий. После порки его заперли на три дня, не давая пить и есть. Потом Михаил, их сын признался, что это он взял деньги. Только тогда Георгия выпустили. И что отец сказал своему ненаглядному сыночку?
— Миша, если тебе нужны деньги, скажи, почему ты взял их тайком?
Анастасия Злобина, стоявшая рядом, сказала:
— Миша еще маленький, не понимает, вырастет — поймет.
Отец лишь улыбнулся проступку маленького сына. Его он не удостоил и улыбки, даже не сказал доброго слова, узнав, что жестоко избил невиновного сына. Отец холодно сказал:
— Даже не знаю, в кого ты такой упрямый!
Это не упрямство, а чувство собственного достоинства, характер. Пусть ты будешь меня бить, но я не признаюсь в том, чего не делал. Пока Георгий рос, таких случаев было много, он даже не помнил, сколько.
— Я говорил, что не прощу тех, кто нанес вред мне и матери. — Он наклонился усмехнувшись. — Вы должны быть благодарны за то, что я не стал желать вам смерти и дал возможность жить спокойно. Не просите меня больше ни о чем. — Сказав это, он встал и оглядел комнату: — И, ты должен быть доволен тем, что у тебя есть такой дом, хорошие врачи.
Договорив, он направился к выходу. Открыв дверь, он увидел, что за ней стоит Анастасия Злобина, очевидно, подслушивая разговор. Она не думала, что Георгий вдруг откроет дверь, и натянуто улыбнулась:
— Я хотела спросить, не принести ли вам воды попить.
Георгий не обратил на нее внимания и вышел. Он прекрасно знал моральные качества этой женщины.
Уехав оттуда, Георгий помчался по шоссе. В это время машин было очень мало, яркие цветные фонари добавляли роскоши этому городу. Он не смотрел на эти пестрые огни ни секунды.
В этот момент Георгий был одиноким и беспомощным. Он владел многим, но совсем не чувствовал себя счастливым. Внутри была пустота. Автомобиль стремительно несся по городу. Ему даже не с кем было поделиться тем, что творилось на сердце. У него было все, но он оставался сиротой.
Наконец машина остановилась у бара. Он вышел из машины и отправился внутрь. В это время в баре было очень оживленно, горели огни, вино текло рекой, звучали зажигательные танцы. Пары на танцполе, забыв все на свете, хаотично двигались.
Георгий сел у стойки и заказал бутылку вина. Чтобы выпить в одиночку. Бутылка заграничного вина быстро опустела наполовину. Он налил еще стакан и выпил залпом.
Рюмка опустилась на стойку. Он налил еще. В этот момент мягкая, будто лишенная костей рука с накрашенными красным лаком ногтями накрыла его руку и медленно сжала ее.
— Парень, пить одному скучно, может, я составлю тебе компанию? — Сказавшая это женщина присела рядом с ним.
Выпив полбутылки, Георгий совсем не опьянел, голова была необыкновенно ясной. Он медленно поднял свои полусонные глаза. Его взгляд остановился на этой женщине. Черное облегающее платье подчеркивало, можно сказать, неплохую фигуру и обнажало тонкие белые ноги. На них были красные туфли на высоком каблуке, ее нога как раз прислонилась к нему.
Женщина едва сдерживала охватившие ее чувства. Редко встретишь такого первоклассного мужчину, нельзя упускать этот случай.
— Я тоже одна.