— Не говори об этом, — вдруг резко прервал его Георгий.
Пытаясь сдержать свое волнение, он все же не смог справиться с дрожью в голосе:
— Уходи.
Тихон не пошевелился.
— Не стоит винить себя, хорошо, что с ней все в порядке… — утешал его Тихон.
— Уходи! — резко повысил голос Георгий, после чего смягчился, — мне нужно побыть одному.
В тот момент его застигли врасплох. Он оказался слаб и беспомощен, уже не тем холодным и расчетливым Георгием. Он всего лишь простой человек, который не знал, как восполнить свой проступок.
Тихон не решался уходить. Он выглядел крайне печальным.
— С ней все в порядке, еще есть шанс все вернуть, — утешал его Тихон.
— Что ты знаешь? — во взгляде Георгия заискрились слезинки. — Уходи! — злостно выпалил он. Весь его гнев, вся его ярость была направлена лишь на него самого. Он боялся, что Мария не простит его. Еще более пугающим для Георгия было то, что она могла потерять его ребенка.
Лишившись матери, Георгий навсегда утратил чувство принадлежности к семье. Во время совместной жизни с Марией он пренебрегал и ненавидел это теплое чувство. Через мгновение он вновь задумался о том, что у него мог быть свой малыш. Ведь когда-то он существовал, только неизвестно, жив ли сейчас.
Тихон знал о чувствах Георгия, как правда может быть резка с ним. Однако судя по его характеру, скоро он успокоится. Вот только подобную вспышку гнева Тихон никак не мог предугадать.
Георгий внезапно встал на ноги и с трудом удержал равновесие. То ли от резкого движения, то ли от нестабильного эмоционального состояния, он еле удержался на ногах. Тихон хотел придержать его, но Георгий оттолкнул его своей рукой и неуверенной походкой отправился наверх.
— Георгий Евгеньевич… — не унимался Тихон.
— Оставь меня, мне нужно побыть одному, — на последнем слове Георгий повысил тон.
— Я буду внизу. Если что-то понадобится, только позовите.
Георгий не обратил внимание на его слова. Поднявшись наверх, он вошел в спальню. На кровати лежал снимок узи.
Быстрыми шагами он подошел к кровати. Ноги его не слушались, подкосились, Георгий упал на колени. Его силы были словно истощены, от чего он даже не мог подняться. Схватив снимок обеими руками, он от бессилия присел на кровать.
Со стороны можно было видеть, как в ту же секунду покраснели и наполнились слезами глаза стального мужчины. Многолетняя ненависть оказалась ложью. Он ошибся. Не просто оступился, а ранил любившую его столько лет девушку, потеряв самое дорогое, что у него было.
Тихон ждал его внизу, сидя на диване. Его взгляд был направлен наверх. Желая проверить, как он там, Тихон одновременно боялся его побеспокоить. Поэтому остался ждать внизу.
Рассвело, стемнело, снова рассвело. Тихон не покидал дом Георгия.
В это время в международном аэропорту.
Мария покинула аэропорт. Даниил проследовал за ней. После первой пластической операции она прекрасно выглядела. Однако ее прежняя внешность была гораздо симпатичнее и дарила окружающим приятное чувство.
Даниил взял ее простенький чемоданчик и спросил:
— Перелет прошел хорошо?
Мария кивнула головой, спросив о том, что здесь происходило за месяц ее отсутствия.
— Все идет по плану. Георгий инвестировал финальную сумму. Я посчитал, его потери довольно велики. В предыдущие два раза он инвестировал примерно тридцать миллиардов, стоит также принять во внимание падение акций. После твоего ухода он полностью погрузился в работу. Сотрудники из его компании говорят, что он довольно усердно трудился, вот только за последние два дня никто не встречал его в офисе.
— Согласно плану «Сол-групп» в скором времени должна объявить о банкротстве, — с равнодушным лицом заявила Мария.
Это означало, что все ранее вложенные в компанию средства теряют силу. Как только совершится последняя операция выкупа, корпорация станет фиктивной.
— И нашей вражде настанет конец, — с холодным выражением лица произнесла Мария.
Импульсивные действия не искоренят ненависть в глубине души. Она хорошо понимала, что ей нужно.
Даниил открыл для нее дверь машины. Мария села в машину, а Даниил занял место водителя. Он завел мотор, но машина стояла на месте.
— Выглядишь решительно настроенной. Вот только почему мне кажется, что ты до сих пор его любишь? — спросил он.
— С чего бы тебе так думать? — уставилась на него Мария.
— Ты же намеренно решилась на пластическую операцию. Разве это не ради него?