Сев на корточки, Светлана держала голову дочери обеими руками. Она заметила ее пухленькие щечки и поняла, что малышка, оказывается, поправилась.
— Где ты пряталась, мамочка, почему я не могла тебя найти? — Надув свои маленькие розовенькие губки, девочка спросила.
Светлана не знала, как ответить на вопрос дочери, и просто обняла ее. Только теперь женщина увидела стоявшего у двери сына. Он стоял прямо, по бокам его худощавого тела свисали руки, сжатые в кулаки.
— Пашенька, — Светлана смотрела на своего сына, который, казалось, похудел. Очертания его лица стали резкими, в точности как у Дмитрия. Она протянула руку сыну.
Глаза Паши покраснели. Подняв голову, мальчик начал громко плакать,
— Где ты была так долго? Знаешь, как сильно я волновался за тебя?
— Прости меня… — Мать не знала, как утешить сына, и, протянув руки, крепко обняла его.
Паша вытащил руку, вытер слезы тыльной стороной ладони и, задыхаясь от слез, проговорил,
— Мамочка, ты не виновата, это моя вина. Я не смог хорошенько позаботиться о тебе. Хоть я мужчина в доме, но все равно не смог защитить тебя. Это я виноват.
— Дурачок, — держа рукой голову сына, мать прижала его к себе. Хоть он всего лишь ребенок, но все время повторяет, что не смог позаботиться о ней.
Светлана не могла выразить своих чувств. Она почувствовала жжение в носу, сопровождаемое болью в глазах. Дмитрий подошел, протянул руку и провел по волосам сына. Света хорошо воспитала своих детей. Они очень умные и понимающие, особенно сын, который был настолько чутким, что заставлял взрослых прослезиться.
Маша высунула голову из объятий матери и посмотрела на Дмитрия.
— Пап, это ты нашел нашу мамочку?
Мужчина ответил положительно.
— Спасибо, — сказал Паша. Хотя мальчишка недолюбливал его за то, как тот относился к его матери раньше, но на этот раз Дмитрий помог найти ее. Паша чувствовал благодарность ему.
— Может, пойдем ужинать? — Итон стоял у двери и больше не мог смотреть на все эти нежности между детьми и родителями. Он никогда не был отцом и не мог понять родительских чувств. — Я зарезервировал отдельную комнату для ужина внизу, чтобы отпраздновать безопасное возвращение Светланы Макаровны. Отметим? — Итон предложил.
Светлана протерла лицо сына, встала, взяла за руки детей и, наклонившись к нему, сказала,
— Спасибо, что позаботились о них в мое отсутствие.
Итон опешил и сделал шаг назад. Он почувствовал себя недостойным таких слов.
— Мы с Димой как братья. Я лишь сделал должное и совсем не достоин вашей благодарности, — смотря на Дмитрия, он говорил Свете.
Однако, обращая внимание только на детей и жену, Дмитрий вообще не взглянул на него, у него не было времени отвлекаться на другое. Итону стало неловко, он опустил голову и провел пальцами по носу, ощущал себя лишним.
Маша потянула мать за руку,
— Мамочка, я хочу есть.
Светлана посмотрела на дочь. Теперь она понимала, почему ее щечки стали такими пухленькими.
— Тогда пойдемте, — Итон сказал с улыбкой.
— Спасибо за заботу. — Держа детей за руки, Светлана вышла из номера.
Маша привыкла, что отец брал ее на руки, но теперь, когда мамочка вернулась, она надула губки и попросила ее.
— Мамочка, а ты можешь взять меня на руки?
Мать не могла отказать дочери, хотя травма на ее ноге еще не зажила. Она наклонилась и подняла дочь.
Смотря на сестренку, Паша сделал вздох,
— Этот ребенок такой капризный.
Светлана с улыбкой погладила сына по голове.
— Ты ведь тоже ребенок.
Мальчик скривил губы и подумал, что он не такой глупый, как сестренка. Она только и знает, что просить других обнять ее и взять на руки. А ноги ей для чего даны?
Они все вошли в лифт. Дмитрий нахмурился, ощущая себя отвергнутым. Дочь больше не обращается к нему и не липнет, как раньше. Светлана тоже «позабыла» о нем.
Они быстро спустились с третьего этажа. Раздался звон, и лифт остановился. Итон хотел пройти вперед, чтобы показывать дорогу, и первым вышел из лифта, но Дмитрий остановил его,
— Подожди минутку.
Он обернулся и хотел спросить, что случилось, но когда его глаза встретились со взором Дмитрия, Итон ничего не мог произнести, и молча шагнул обратно в лифт. Светлана думала, что им есть о чем поговорить, поэтому вышла из лифта вместе с детьми.
После того, как они отошли подальше, Итон спросил:
— Что-то случилось? — Разве Дима не должен радоваться от того, что она нашлась? Почему он выглядит так, будто кто-то ему насолил?