Елизавета посмотрел на Вениамина и нахмурилась:
— А если Дима откажется? Ты же знаешь, какие у нас с ним отношения.
— Подождите, пусть Мастер заберет детей, просто скажет, что я скучаю по ним. Их привезут сюда и вы увидите их.
— Идея, а ты умна. — улыбнулся Вениамин и посмотрел на Елизавету. — А теперь можем есть?
Елизавета поджала губы и безоговорочно улыбнулась, с некоторым ожиданием и легким волнением в сердце. В мгновение ока она стала бабушкой. Иногда ей казалось, что все это сон.
Но в этот момент ощущение умиротворения было таким реальным. В первой половине жизни у нее было много невзгод в жизни. Оставалось только надеяться, что в будущем ее жизнь будет мирной и спокойной, без взлетов и падений.
После завтрака, когда Вениамин собирался вернуться, чтобы забрать детей, Светлана вышла:
— Я тоже пойду.
— Переживаешь за меня? — спросил ее Вениамин.
Светлана покачала головой:
— Нет, я боюсь, что если не поеду с вами, то вы не сможете забрать детей.
Дмитрий, точно, не захотел бы отдать ему детей. Она знала этого мужчину.
Вениамин открыл дверь машины:
— Садись.
Светлана наклонилась и села в машину. Машина преодолела утренний горный туман и двинулась вперед. Из-за тумана машина ехала медленно, поэтому им пришлось потрать достаточно много времени, чтобы добраться до места. Они вышли из машины и, как и прежде, вошли через заднюю дверь.
Глава 230 Искупался в речке
За все дни, что Светлана была «заперта» в пристройке, дети успели свыкнуться с жизнью вне города. Каждый день после еды они бродили на свежем воздухе по живописным окрестностям деревни и воспринимали это как некое путешествие.
Вчера Мария услышала от местной старушки, что в лесу на отшибе растет дикая калина. Девочка загорелась желанием пойти туда. Каких только ягод она ни ела, но для нее было в диковинку собирать их самой. Маша принялась тормошить отца, чтобы он повел ее в лес. Тот практически всегда потакал желаниям девочки, поэтому после завтрака он отправился с близнецами по ягоды. С ними последовали Итон и телохранители. Стас и Кира остались «охранять позицию». Трифону присоединиться к этому походу не позволяли ноги.
Светлана вышла через заднюю дверь. В доме было ни души: Трифон отправился заниматься делами компании, Стас невесть где нарвал багульник и решил приударить за Кирой, а та сидела на берегу реки и стирала одежду детей. Вода была холодная, но приходилось терпеть и стирать вручную: стиральной машины у них в таких условиях, конечно, не было.
Стас украдкой высунулся из-за плеча Киры и поднес цветы к ее глазам.
— Вкусно пахнет?
Кира уставилась на Стаса.
— Отвали. Я занята! — сказала она и с кривой улыбкой добавила: — Одурить меня этим запахом хочешь?
Все-таки аромат багульника весьма ядовит. Такое себе. Она ждала, что ей будут дарить романтичные цветы: розы и лилии. Но уж не думала, что кому-то в голову взбредет дарить багульник.
Стас стыдливо опустил голову и посмотрел на пурпурно-розовые переливы букета в руке. Красивые ведь. Только такие он и смог найти.
— Да не хочу я тебя одурить, — обиженно возразил Стас.
В порыве досады он швырнул багульник в реку и тем самым украсил воду изяществом его цвета.
— Стас, ты совсем уже что ли? — Кира насупила брови и указала пальцем на реку. — Такую чистую воду зачухал!
Твою ж!..
Почему все, что бы он ни делал, — все не так? Как можно цветами «зачухать» речную воду? Это же не мусор.
— Иди доставай, — наказала Кира, уставившись на него.
У Стаса челюсть отвисла. Доставать? Прямо из реки? Их уже течением унесло.
Его взгляд невольно упал на руки Кирой. Из-за холодной воды они покраснели. Стас взял ее ладонь и почувствовал, насколько промерзли ее руки.
— Дай согрею.
Кира стала вырываться.
— Не увиливай от темы. Нечего меня греть!
Кира дергалась так сильно, что Стас, стоявший в это время на камне, сорвался с него и рухнул в реку, подняв громадный всплеск воды, который обильно окропил и Киру. Она просто не хотела, чтобы он руки распускал — толкать его в воду в ее намерения не входило. Тем более в такую холодную.
Голова Стаса показалась из воды. Он весь дрожал и покрылся мурашками — продрог до костей. Стас крикнул на девушку:
— Ты что, смерти будущему мужу хочешь?!
И стоило Стасу произнести это, как чувство стыда за то, что произошло, покинуло Киру.
— Стас, нашел, что сказать! Мы лишь притворяемся парой, ясно тебе? Когда мы вернемся, сразу же разойдемся. Между нами ничего нет, понял?