Наклонившись, он оставил мягкий поцелуй на ее лбу:
— Я же не зверь, в конце концов…
В нем боролся целый ворох эмоций, особенно после того, как коснулся ее. Дмитрий чувствовал, как внутри закипает кровь.
— Я обязательно буду осторожен, я буду нежен, — он медленно накрыл ее своим телом, переплетаясь с ней. Он поцеловал ее в мочку ушка, оставил нежное прикосновение губ на плече.
Светлана, сквозь туман беспамятства, ощутила легкий зуб, словно по ней полз какой-то маленький жучок, сначала по шее, а потом переместился к уху. А еще было ощущение, что ее придавило… какой-то горой. Резко стало не хватать воздуха.
Женщина хлопнула ресничками, лениво раскрыв глаза.
Дмитрий поднял голову, посмотрев на нее. Голос уже заметно охрип:
— Проснулась?
Светлана тихонько хмыкнула, нахмурившись, так что брови ее встали домиком:
— Мне неудобно…
— Где? — мягко спросил мужчина.
— Я… — женщина наклонила голову, обнаружив, что на ней не было ни сантиметра одежды. Глаза ее мгновенно расширились. Светлана попыталась пошевелить ногами, но поняла, что что-то не позволяет ей этого.
— Дима… — голос у девушки дрожал, в нем прослеживались плачущие нотки. Что тут происходит?!
Глядя в ее озадаченные глаза, сердце у Дмитрия внезапно сжалось. Он обнял ее, произнеся:
— Это я, это я…
Светлана одеревенела. Оглядываясь вокруг, она уже четко ощущала, что лежала тут совершенно голая. Недавней сонливости и след простыл.
— Ты ведь говорил, что будешь уважать меня… — женщина крепко вцепилась руками в простыню под собой, тело ее в его объятиях продолжало неудержимо дрожать.
Дмитрий поглаживал ее по спине, успокаивая:
— Но я так долго ждал. Еще немного и мне станет плохо. Я буду нежен, правда, я буду осторожен, — он прикоснулся в ее лбу, поцеловав в висок, а затем взял ее руку и прижал к своей груди. — Послушай. Оно стучит ради тебя.
Светлана раскрыла рот, но поняла, что не способна ничего произнести. Тело ее ощущалось так, словно кто-то медленно сжигал его на открытом огне. И вот вся влага испарилась, и теперь тело было таким же сухим, как пустыня. Девушка увидела в глазах мужчины, который прямо сейчас навис над ней, огонь, настоящее пламя. Глаза — словно два колодца безграничного желания, там все пылало, но при этом мужчина явно сдерживал себя ради нее.
Светлана знала, что он ждет ее ответа. Руки ее медленно сжались в кулачки. Охрипшим голосом она еле слышно пробормотала:
— Ты любишь меня? Я тебе нравлюсь?
— Я люблю тебя, я тебя обожаю… — он еле ощутимо поцеловал ее в нос. Женщине стало щекотно и горячо в месте прикосновения. Взяв на себя инициативу, она обвила руками его шею, тем самым давая ответ, который он так желал. Приподняв голову, она мягко поцеловала его в губы, и в тот момент, когда уже собиралась отодвинуться, Дмитрий удержал ее рукой за голову, агрессивно впившись своими губами в ее, размыкая их шире и пытаясь проникнуть глубже. Этот дикий страстный поцелуй увлек их минут на десять непрерывных искрящихся ощущений.
Светлана, почувствовав, что ей не хватает воздуха, чтобы дышать, ощутила, как голова стала совершенно пустой. В поисках кислорода, она инстинктивно переплелась с ним языком, пытаясь забрать часть его дыхания себе.
Дмитрий счел ее реакцию за позволение, не оставляя ей больше ни единой возможности к отступлению.
Страстное желание с головой захватило их, полностью заслонив собой.
Глава 257 Они навели справки
Мир кружился. Двое в комнате страстно целовались, забыв, видимо, что в этом мире существует кто-то еще.
Дмитрий снял одежду и снова прижался к жене. Он уже был готов приступить к кульминации, как в дверь резко постучали.
— Дима, Трифон привез ее.
Голос Итона заставил Светлану прийти в себя, она инстинктивно оттолкнула Дмитрия. Лицо мужчины скрывала темнота, но можно было заметить скользнувшее по нему недовольство и напряжение.
— Не сейчас? — Итон знал, что у Светланы температура.
Но как бы то ни было, Дмитрий не стал бы пользоваться чужой слабостью. Так что Итон был уверен, что он просто составляет Светлане компанию. Ни больше, ни меньше.
Почувствовав напряжение Дмитрия, Светлана взяла его за руку.
— Я уже согласилась и не пожалею. Давай в следующий раз.
При тусклом свете едва ли можно было разглядеть подрагивающие веки мужчины. Он не хотел отпускать ее руку.