— Паршивец, что это за человек? — теперь бабушка, кажется, поняла, что Стас знал ее похитителя.
— Один умалишенный. Его уже поймала полиция, не думай о нем, ладно? Нам всем нужно набраться сил, — дурачил ее внук.
Кира помогла медсестре отвезти бабушку в палату. Госпитализация ей не требовалось, однако провести ночь под наблюдением в больнице все же необходимо, а завтра уже можно будет уйти.
В палате Стас положил бабушку на кровать, а Кира помогла медработникам вывезти каталку.
— Спасибо вам большое!
Закрыв дверь, Кира развернулась и зашла внутрь.
— Кируша, подойди сюда, — бабушка жестом позвала ее, после чего взяла за руку и положила ее в ладонь внука. — Ему повезло, что женился на тебе.
Девушка неловко опустила голову, а Стас лишь крепче сжал ее ладонь.
— Бабушка, тебе что, внук не нужен стал, как появилась внучка?
— А зачем ты мне нужен? Чтобы злить меня? — притворилась рассерженной бабушка.
— Я больше так не буду, — тут же уступил Стас. Как говорила медсестра, ей нельзя волноваться, поэтому он должен во всем с ней соглашаться.
— Что-то я проголодалась, — вдруг заявила бабушка.
— Я куплю тебе еды, — тут же вскочил Стас. — Чего ты хочешь? — Стас не заметил, как бабушка подмигнула ему, поэтому спросил: — Чего ты так смотришь? Тебе плохо?
Про себя пожилая женщина закатила глаза, размышляя, а не глупый ли у нее внук: почему он такой невнимательный?
Зато это разглядела Кира, понимая, что бабушка хочет поговорить с внуком наедине, поэтому проявила инициативу сама:
— Я схожу куплю. Бабуль, чего хотите есть?
— Что-то легкое, — сообщила бабушка.
— Тогда я схожу куплю, а ты, Стас, присмотри за бабушкой.
Когда Кира вышла за дверь, Стас наконец понял, какое намерение было у его бабушки.
— Должно быть, бабуля заболела, — Стас посмотрел на бабушку и вышел вместе с Кирой. — Секретничать вдруг со мной захотела. Не обращай внимания.
Девушка рассмеялась, она все понимала.
— Я не возражаю, возвращайся, а я пойду за покупками. Будешь есть что-нибудь? Куплю заодно, — Стас всю ночь хлопотал, и сейчас уже, наверное, проголодался.
— Чебурек хочу, — не стеснялся тот.
— Хорошо, иди обратно, не заставляй бабушку волноваться, — помахала ему девушка, удаляясь.
Стас глядел ей вслед, невольно улыбаясь. Какая же она чуткая.
Развернувшись, он зашел в палату и закрыл дверь.
— Что ты такого хотела сказать, что аж пришлось ее выгнать, — мужчина сел на край кровати. — А она такая мягко характерная и терпеливая, а если вспылит, так злиться на все начинает.
— Защищаешь свою жену, на меня жалуешься? — прищурилась бабушка.
— Нет, — тут же отмахнулся Стас. — Просто нельзя забывать о любви и заботе, которую ты дала мне в детстве, даже у меня жена появилась.
— Я постарела, — вздохнула та.
— Ты еще молода и красива, — приблизился к ней Стас, жеманничая и веселя бабушку. Но совсем скоро ее улыбающееся лицо помрачнело, став серьезным.
— Мне кажется, Кира очень отзывчивая, благоразумная, выросла хорошенькой. Хорошо с ней обращайся.
— Я знаю, ты мне уже несколько раз это говорила, — терпеливо напомнил он.
— Когда тебе было несколько годиков, — вздохнула она, — ты остался без родителей, и я растила тебя сквозь лишения…
При упоминании о былых делах безалаберный нрав внука пропал — он словно стал другим человеком.
— Не вини свою мать…
— Да как же мне ее не винить?! — глаза Стаса покраснели. Он не успокоился даже за столько лет.
По дороге за едой Кира обнаружила, что не взяла денег — слишком уж быстро она выходила, позабыв и про средства, и про мобильный. Возвращаясь, дабы попросить Стаса вынести ей вещи, она услышала их разговор:
— Остался бы я без отца тоже, если бы не она? Она бегала только за своим счастьем! — Стас все сильнее будоражился с каждым словом. Вскоре он, правда, почувствовал, что не должен вести себя так: слишком много времени прошло, дабы так злиться, однако он все равно был не в силах сдержать гнев внутри себя. Помутневшие глаза бабушки стали влажными.
— Это я виновата, — дрожащей ладонью взяла она его за руку. — Не надо было вспоминать об этом.
— Да какое же это к тебе имеет отношение? — горько улыбнулся Стас. Виновата его жизнь, в которой ему досталась такая непутевая мать, из-за он и отца потерял.
Кира оцепенела: о ком они разговаривают? О родителях Стаса?
Вскоре она поняла, что подслушивать так неприлично, поэтому постучала в дверь.
Стас вздохнул и унял эмоции, поднимаясь, чтобы открыть ей.