— Так это ты! — от Светланы повеяло холодом.
Но сейчас она действительно все неправильно поняла. Фадей начал все подозревать, потому что Галина услышала их с Елизаветой разговор. Человек, которого он послал на расследование, еще не вернулся. Так что нет смысла сейчас говорить об этом с Трифоном.
Просто Светлана все неправильно поняла. Да и кто бы не расстроился. Трифон хотел раскрыть тайну далекого прошлого.
— И в чем здесь для тебя выгода? — Светлана сверлила его ледяным взглядом.
Трифона это поразило. Он впервые видел, чтобы женщина так на него смотрела. В груди сдавило, но лицо по-прежнему почти ничего не выражало.
— Ты ведь знаешь, зачем прикидывалась, будто ни о чем не знаешь? — невозмутимо спросил Трифон.
Если Дмитрий сын Елизаветы, и он узнает, что это Фадей держал его родную мать в заключении, то это определенно приведет к конфликту. Придет время, чтобы отомстили Афанасию. Возможно, тогда даже Дмитрий присоединился бы к нему. Света понимала, что Трифон задумал. Но это был чистой воды эгоизм.
— Хочешь отомстить — делай это сам. Не впутывай других, — Светлане не хотелось, чтобы правда всплыла наружу. Все хорошо в том состоянии, в котором оно находится сейчас.
Она сжала руки. Фадей уже догадывался обо всем, и потому копал под Дмитрия. Светлана беспокоилась, что подмена посуды его не остановит. Все, что сейчас можно было сделать, это попросить Трифона не лезть. К тому же, у него большие связи в Перевозе. Если он что-то сделает с людьми, посланными Фадеем или просто задержит их, то те, кто захотят нанести Фадею визит, ничего не выяснят.
Светлана посмотрела на Трифона и серьезно сказала:
— Я очень тебя прошу, не лезь в это дело. Ласман совершил ошибку, за которую рано или поздно поплатится. Зачем форсировать события?
— Ты правда веришь, что добро всегда побеждает зло?
— А почему нет? — мгновенно ответила Светлана.
Трифон окинул ее взглядом. Его руки так крепко сжимали поручень, что на них выступил пот.
— Хорошо, обещаю. Не потому что я отказался от мести за своего приемного отца, а потому что не хочу смотреть, как ты страдаешь из-за этого.
Трифон развернулся и пошел к двери. Он по-прежнему выбирал Светлану. Если она будет страдать и переживать, то он отступит. Для мести еще представится шанс. В конце концов Трифон еще молод — может и десяток лет подождать.
Но на сердце у Светланы все равно было неспокойно. Она чувствовала, что даже без участия Трифона все так или иначе вскроется. Смотря на удаляющуюся спину Трифона, она произнесла:
— Спасибо.
Как бы то ни было, но если он не станет вставлять ей палки в колеса, шанс на сохранение тайны еще останется.
Трифон обернулся уже у выхода.
— Мне не нужны благодарности. Но я знаю, что желаемого ты мне дать не сможешь. Так что если правда хочешь отблагодарить, то за тобой должок.
Светлана кивнула.
— Хорошо. Если в будущем тебе что-то понадобиться — только скажи. Я сделаю все, что будет в моих силах.
— Этого достаточно, чтобы я ни о чем не жалел.
Выйдя из магазина, Трифон сел к Алексею в машину и уехал.
Светлана присела на диван и принялась сверлить взглядом телефон на столике. Она хотела позвонить Галине Петровне, чтобы узнать ее намерение, но боялась, что этим может вызвать еще больше подозрений. Положение казалось безвыходным. Она просто не знала, как поступить.
Светлана вздохнула и хотела было подняться на второй этаж, но в магазин кто-то вошел. Это была именно Галина Петровна с небольшой сумочкой на сгибе руки.
Светлана развернулась и приветливо улыбнулась.
— Какими судьбами?
На лице Галины Петровны засияла ответная улыбка. Она окинула взглядом ателье. На витрине стояло множество манекенов в красивых эксклюзивных нарядах и свадебных платьях.
Когда Галина вышла замуж, у Фадея было деликатное положение, так что у них не было торжественной свадьбы. Галина, как невеста, даже не могла надеть свадебное платье. Все у них шло по-простому.
Галина как женщина, мечтала о свадебном платье, но теперь ей оставалось только сожалеть о прошлом. Она отвела взгляд.
— Муж уехал, и я дома одна. Хотела пригласить тебя вместе перекусить.
Светлана тут же согласилась. Она как раз хотела поговорить с Галиной Петровной, и вот она тут как тут.
— Я не сильно тебя отвлекаю? — спросила женщина.
— Вовсе нет. Я рада, что вы подумали обо мне.
Галина все никак не могла отвести взгляд от нарядов. Глаза ее блестели — очень уж ей, похоже, нравилась эта одежда. Светлана сразу это заметила и взяла ее за руку.
— Я вам здесь все покажу.