Дмитрий молча посмотрел на Светлану, затем сел в машину и завел двигатель. Жена обратила на него выпытывающий взгляд:
— Ничего не скажешь?
Дмитрий не сводил глаз с дороги. Он выглядел невозмутимым, но внутри него бушевала буря. Если раньше он лишь предполагал, что Ласман что-то проворачивал втайне от него, то сейчас он почти убежден в этом. Если бы он и в правду хотел позвать его со Светланой в ресторан, достаточно было сказать ему одному. Галине Петровне не было нужды прибегать ради этого в ателье Светланы.
Сколько Дмитрий помнил, связь с Ласманом каждый раз происходила через Галину Петровну и он редко звонил сам, даже несмотря на близкие с ним отношения. Не потому что он не любил вступать в контакт, а потому что это отнимало у него много времени. Поэтому он предпочитал, чтобы коммуникацией любезно занималась Галина Петровна.
Но в этот раз он аж дважды позвонил сам. Этого было достаточно, чтобы подтвердить вывод Дмитрия. В пользу этого говорили и странные перемены настроения Светланы. Наверняка она тоже что-то знала обо всем этом. Но как много ей стало известно, он не знал.
«Никто не смеет вмешиваться в мои дела!» И в том числе Ласман. Он ясно давал понять: если он чего-то хочет — никто не встанет у него на пути!
Светлана наклонилась к мужу и положила голову ему на плечо:
— Ты веришь в судьбу?
— Нет.
Он верил только в себя.
Светлана посмотрела на Дмитрия и призналась:
— А я верю. И ты веришь, что судьба свела нас вместе?
Еще в детстве родители пророчили им, что они станут мужем и женой. И ведь так оно и вышло. Разве это не судьба?
Дмитрий обнял Светлану свободной рукой. Уголки его губ приподнялись, обнажив белоснежную улыбку. Не дожидаясь ответа женщины, он сказал:
— Если веришь — значит, так и есть.
— Ты это сказал, лишь бы я отвязалась?
Светлана словно сверлила Дмитрия взглядом. Улыбка не сходила с его лица. Он прижал руку Светланы к своей груди и поклялся:
— Вовсе нет, честное слово.
Светлана не трепалась с Дмитрием о мелочах. По правде говоря, ей это никогда не удавалось. Он постоянно напускал на себя серьезный вид, как у типичных мужланов.
Наконец, машина припарковалась у ресторана, куда пригласил их Ласман. Ресторан русской кухни, один из лучших в Белгороде. Фадей Никонович был человеком консервативным и интересовался лишь русской кухней.
Ресторан славился своим уникальным стилем, который производил на гостей неповторимое впечатление. Архитектура и дизайн гармонично сочетали в себе национальные традиции и современность. Одежда официантов также вписывалась в колорит: юноши носили белые косоворотки, а девушки — красные сарафаны.
Дмитрий и Светлана подошли ко входу. Хостес открыла дверь и жестом пригласила пару внутрь. Когда они вошли, служащая ресторана спросила, заказан ли для них стол, и Дмитрий назвал фамилию Ласман. Получив ответ, Хостес пригласила пару пройти за ней.
Они поднимались в ВИП-зону на втором этаже ресторана. Уже на подходе к лестнице Светлана вцепилась в Дмитрия: разнервничалась от предстоящей встречи с Ласманом. Дмитрий взял ее под локоть и тихо успокоил:
— Я рядом.
Светлана кивнула, но все кусала губы от напряжения.
За столом их уже ждал Ласман вместе с некой симпатичной особой. Они весело разговаривали и улыбались друг другу, но перестали по пришествии приглашенной пары.
Девушка оглядела сначала Дмитрия, потом Светлану. При виде той улыбающееся лицо Ласмана сменилось холодной и суровой миной.
Дмитрий не мог не заметить столь разительную перемену в нем. Он мимолетно сверкнул глазами в сторону Фадея Никоновича и вместе со Светланой подошел к столу.
Пелагея оживленно поприветствовала пару:
— Вот пришли. А мы как раз говорили о вас с дядей.
Будучи женщиной, Светлана чувствовала, что эта Пелагея заискивала перед ними, особенно перед Дмитрием.
— И что именно вы говорили про нас? — с улыбкой отозвалась Светлана.
— Ты ведь супруга Дмитрия Ильича, верно? — увильнула от вопроса Пелагея. — А ты моложе и красивее, чем я себе представляла.
Ну и язычок у этой барышни.
— Вы льстите мне. Я уже не молода. Старшему ребенку уже шесть лет. Вы гораздо моложе.
Пелагея задумчиво прищурилась: дядя говорил ей, что Дмитрий со Светланой в тайном браке. Откуда у них еще и дети? Об этом дядя тоже должен был рассказать, но не успел.
Фадей похлопал по плечу Пелагею. Он больше не говорил с ней, лишь взглянул на нее, словно дав ей знак, что он еще посвятит ее в суть дела.