Он внезапно стал таким эмоциональным, вспомнил ли он о ней?
— Детям следует меньше лезть в дела взрослых.
— Пап… — Пелагея все еще хотела узнать это.
Михаил Анатольевич прервал ее:
— Эти дни хорошенько проведи дома. — он не хотел дополнительных проблем.
Пелагея кивнула. Они ведь разозлили Дмитрия, всякое могло случиться.
В участке.
Светлану заперли в камере, ее допрашивали. В комнате были четыре голые стены без окон, ее освещала люстра на потолке. За прямоугольным столом сидело двое полицейских, которые вели допрос.
— Как вас зовут?
Светлана сидела на стуле в наручниках. Она подавила волнение в своем сердце и спокойно посмотрела на допрашивавшего ее полицейского.
— Светлана Макаровна Лукъянова.
— Что ж, отныне все, что ты говоришь, будет использоваться в суде.
— Почему вы убили Суворова Максима Захаровича?
Светлана сжал руки в кулаки:
— Я не делала этого.
— Есть свидетели, они видели, как вы наставили на него пистолет. Доказательства веские. Вы все еще собираетесь это отрицать?
— Я не убивала его.
Светлана не могла объяснить произошедшее тогда. Пистолет был в ее руке, а Максим погиб от выстрела. Она никак не могла объясниться.
— Если расскажете все начистоту, то вам сократят срок. Но если будете продолжать настаивать на своем, дождетесь, когда все раскроется. На пистолете только ваши отпечатки пальцев. Вам не отвертеться.
Светлана посмотрела на полицейского, который вел записи:
— Это же вы все подстроили, зачем делать вид, что ведете какие-то записи?
Полицейский посмотрел на нее:
— Я не понимаю, о чем вы говорите. У меня обычная процедура. Мы сделаем протокол допроса для каждого подозреваемого.
Это слово «подозреваемый» резало Светлане слух. В голове у нее все помутнело, свет перед глазами слепил ее. Она через силу открыла глаза, чтобы успокоиться.
— Я просто защищала ь, я никого не убивала!
— Если ты не убивала его, зачем нацелила на него пистолет?
— Я сказала, я просто защищалась, я не убивала его!
— Насколько нам известно, Максим был осужден за похищение, и жертвой были вы, верно?
— Да.
— Может, ты затаила на него обиду за случившееся, и поэтому расправилась с ним?
Светлана согнулась, ей стало очень душно, комок подступил ей к горлу и ее вырвало. Она закрыла глаза, было видно, как ей плохо:
— Нет.
Глава 398 Нелегкая ситуация
— Не нужно прикидываться дурой. Все указывает на тебя. Тебя не выпустят отсюда, пока следствие все не выяснит. — полицейский, который проводил допрос, увидев, как ей плохо, подумал, что она пытается избежать вопросов или выйти под залог под предлогом плохого самочувствия. Но в нынешней ситуации отпустить ее под залог было невозможно.
Свете было очень плохо, она не хотела говорить.
Полицейский, ведущий протокол, похлопал своего наперника:
— Прекрати допрос и отправь ее в лазарет.
«Вам туда нельзя, допрос еще не окончен.»
У двери возникла суматоха. Итон был знаком с этим местом, поэтому он просто взял оружие и ворвался туда.
— Капитан Андоров, вы знаете, что делаете? — офицер, ведущий допрос, посмотрел на Итона.
Итон холодно взглянул на него в ответ, не обращая особого внимания. Раз он осмелился вмешаться, то, естественно, думал о последствиях. Если он никого не ранит, то его просто отстранят от службы. А это уже не имело для него большого значения.
Его взгляд упал на Светлану:
— Ты в порядке?
Светлана кивнула в ответ. Но слабость выдавала ее. Итон быстро подошел к ней и помог встать:
— Тебе плохо?
Светлана кивнула. Не понимая, было ли это из-за алкоголя. Сначала ее забеспокоил желудок, а теперь заболела еще и нижняя часть живота.
— Я отвезу тебя в больницу. — помог ей Итон.
Капитан Вишневский преградил им путь:
— Она — подозреваемая в уголовном преступлении, ей нельзя уходить.
— Убирайся! — Итон яростно направил на него пистолет. — Немедленно уходи с дороги!
Вишневский не испугался, а наоборот сделал шаг вперед и прижался лбом к его пистолету. Он знал, что Андоров не выстрелит.
— Капитан Андоров, ей еще не вынесли наказание. Сейчас расследование в процессе. Боюсь, если ты сейчас уведешь ее, это будет еще хуже для нее.
Итон мог рискнуть своей карьерой, но не жизнью Светланы.