— Глупенькая, постоянно выдумываешь ерунду. Если я не буду с тобой, с кем еще мне быть? Разве ты не говорила, что сломаешь мне ногу, если я посмею сбежать? Что ты так раскисла на это раз?
Светлана хмыкнула носом.
— Я читала, что женщины становятся очень чувствительными во время беременности. Наверное, это со мной и происходит.
Она подняла голову, с ее ресниц все еще стекали капельки слез.
— Когда моя проблема будет решена, давай возьмем детей и уедем жить за границу? Будем держаться подальше от местной суеты и заживем обычной жизнью. Нам не нужен большой дом, главное, чтоб там были ты, я и наши дети. Я буду отвечать за готовку и заботу о детях, а ты будешь зарабатывать деньги и содержать семью. По выходным будем ездить в походы, смотреть восходы и закаты. Будем наблюдать, как наши дети взрослеют, а мы стареем… — хриплым голосом говорила она.
Однако она не знала, что когда тайна будет раскрыта, они вернутся на круги своя и будут связаны обязательствами перед семьей.
— Как скажешь, — ответил он, целуя ее мокрые от слез глаза.
Она закрыла глаза и ощутила спокойствие этого момента. Появление Трифона заставило ее бояться, что это спокойствие могло быть разрушено в любой момент.
Она широко улыбнулась и изогнула брови. Хотя ее ресницы были все еще влажными, они не могли скрыть сияние ее глаз, словно теплый солнечный свет проникающий в глубину его сердца.
Глава 435 Не говори никому
Машина остановилась у особняка. Было сложнее контролировать обстановку в более оживленных местах, и поэтому Савелий выбрал особняк Дмитрия в качестве их пристанища. К тому же они раньше уже жили здесь.
Вокруг особняка на расстоянии примерно десяти метров была установлена система слежения, и если кто-либо проникнет на территорию, сразу же сработает сигнализация. Помимо этого, Итон выделил восьмерых хорошо обученных людей, чтобы они круглосуточно дежурили у виллы.
Савелий увидел припаркованную машину, подошел к ней и произнес:
— Все готово.
Екатерина Алексеевна первой вышла из машины и направилась к дому, чтобы посмотреть приготовили ли для Светланы постель. Савелий хорошо знал свое дело и специально проконсультировался со специалистами о том, в каких условиях лучше жить беременной женщине.
В таком положении Светлане нужно было обеспечить хорошее настроение, спокойную и уютную обстановку и свежий воздух. Раз уж Светлана была беременна, ей было лучше жить в главной спальне наверху. Там было тихо, а окна выходили на бамбуковый лес. Стоило только открыть окно, и можно было вдохнуть свежий воздух. Это было подходящее место для жизни человека, которому нельзя было покидать комнату.
Екатерина Алексеевна оставила цветы, принесенные из больницы, у изголовья кровати, а затем спустилась вниз и сказала хозяину:
— Савелий приготовил все как следует.
Тогда Дмитрий вынес Светлану из машины.
Хотя внезапное появление и слова Трифона сильно повлияли на ее настроение, она не стала подавать виду рядом с Дмитрием. Всех так заботила ее проблема, что ее безжизненный вид мог только ухудшить атмосферу в доме.
Она посмотрела на Савелия и Стаса и произнесла:
— Спасибо вам обоим за то, что вы сделали сегодня. Оставайтесь у нас на ужин. А, и пригласите Итона.
Она действительно хотела отблагодарить их, но у нее также были и другие намерения…
Глядя на ее состояние, Стас и Савелий не смели докучать ей. Получив приглашение, они нерешительно посмотрели на Дмитрия, словно спрашивая у него разрешение.
— Я пригласила вас на ужин, зачем же вы смотрите на него? — с нежной улыбкой произнесла Светлана. — Неужели я даже не могу пригласить друзей на ужин?
— Дело не в этом… — начал объясняться Стас.
— Слушайтесь ее, — прервал его Дмитрий. — Савелий, найди повара, чтобы он приготовил нам ужин сегодня.
— Хорошо, — весело произнес Савелий.
Дмитрий подтвердил статус Светланы, как своей жены, и он, как подчиненный был рад принять приглашение хозяйки. У них не было свадьбы, но все знали, что у Дмитрия есть женщина. Однако за исключением некоторых его приближенных, никто не решался называть ее госпожой Гусевой официально. Они ведь не были женаты, и люди боялись назвать ее не так, как положено.
Стас оставил вещи в комнате, и так как вещи должна была разбирать Екатерина Алексеевна, ему было больше нечем помочь.
— Я пойду и позвоню Итону, — сказал он.
— Ага, — пробормотал Дмитрий.
Екатерина Алексеевна убрала одеяло, и Дмитрий уложил жену в кровать. Постельное белье было новым и свежевыстиранным, а шелковый материал был мягок и тонок и очень подходил для этой погоды. Ей было очень комфортно.