— Света, ты читала новости?
— Какие новости?
— Скорее посмотри.
Светлана была озадачена. Она перехватила телефон в другую руку и открыла утренние новости Белгорода. На первой полосе кричащий заголовок говорил об убийстве, произошедшем в баре. Полиция уже раскрыла дело. Это был заключенный, сбежавший из тюрьмы, убив своего тюремного надзирателя. Видео, распространившееся ранее, было создано злоумышленниками, и не являлось достоверным. Полиция Белгорода уже опубликовала весь процесс рассмотрения дела в соцсетях, и предупредила возникновение общественного мнения по этому вопросу, чтобы народ не верил слухам, не распространял их и способствовал общественной безопасности.
Эта новость пестрила повсюду, успев распространиться всего за одно утро. Светлана опустила глаза. Может, муж вчера ушел для того, чтобы сделать это?
— Посмотрела? — Снова раздался голос Итона.
Светлана вновь приложила телефон к уху и сказала:
— Да, посмотрела.
— Это еще не все, и зачинщику этого инцидента не спастись.
— Фадей Никонович?
— Нет, Михаил…
— Михаил Анатольевич? — Светлана была немного удивлена. Разве это происшествие спровоцировал не Фадей?
— На самом деле за эти стоит Михаил, он, пользуйся неприязнью Фадея к тебе, строит планы прямо у него на глазах. Суворовы Максим и Анна — его пешки, которых он использовал, чтобы заставить их семью нанести тебе ответный удар. За этим конфликтом стоит он и получает от этого выгоду. Он думает, что об этом никто не знает, но он даже не догадывается, что у нас есть доказательства его преступления…
Если бы Фадей первым не проявил бы слабость, и не взял бы на себя инициативу отозвать дело, этот инцидент так же затронул бы и его.
После встречи с Фадеем, Дмитрий решил встретиться с Захаром Гордеевичем. До этого он попросил Итона разузнавать у Захара Гордеевича, чтобы выяснить, была ли смерть Максима результатом его сотрудничества с Михаилом.
Оказалось, что нет. Но между Михаилом и Максимом была сделка, и Максим знал, что ему суждено умереть, поэтому, прежде чем пойти в бар, он отправил отцу письмо, в котором говорил о том, что Раевкий Михаил сказал ему, мол, он может помочь отцу своей смертью и спасти Анну, и Максим согласился.
Совпало так, что Захар Гордеевич получил это письмо как раз тогда, когда Итон пришел к нему. Итон сообщил ему о смерти Анны и представил доказательства. Так Захар узнал, что Михаил использовал его. Узнав правду, он, конечно же, не захотел отпускать Михаила. На самом деле он принял какие-то меры предосторожности по отношению к Михаилу. Когда они разговаривали с ним, он тайно записал видео, чтобы не дать партнеру броситься на него и угрожать. А теперь это видео стало свидетельством роли Михаила в этом деле — главный зачинщик.
Учитывая смерть Анны, все свидетельства указывали на него, и потому было очевидно, что Михаила арестовали для расследования.
Это было неожиданностью для Светланы:
— Зачем он это сделал?
Он ее враг? Почему он так страстно желал навлечь на нее неприятности?
— Я не знаю всех подробностей. Я думаю, у него была какая-то личная цель, иначе он не стал бы таким безумным. Больше не беспокойся о деле Максима, с этим покончено.
— А что с Димой? — Спросила Светлана. Почему не он сам позвонил ей?
— С тех пор как Дима пришел, в его офисе до сих пор полно людей. Я думал, у него не было времени позвонить тебе, поэтому я решил сделать это сам.
— Я поняла, ладно, тогда я вешаю трубку, — в руке у Светланы все еще была зубная щетка. Итон согласился, и она завершила звонок.
Положив телефон на стол, она пошла в душ. Вчера вечером она не успела помыться, и теперь чувствовала некоторый дискомфорт. Сполоснувшись, она переоделась в чистую одежду. Может, потому что она чувствовал себя чистой, она находилась в хорошем расположении духа.
Светлана спустилась вниз. Екатерина Алексеевна уже приготовила завтрак. Елизавета Родионовна умывала Машу, а уже умытый Паша сидел за обеденным столом.
Увидев маму, он поздоровался с ней:
— Доброе утро, мамочка.
— И мне, и мне тоже скажи доброе утро, мам! — Умыв лицо и руки, Маша уже бежала к ним. У Светы не было другого выбора, кроме как остановить ее взять на руки:
— Доброе утро, Машенька, — беспомощно сказала она дочери.
Девочка просияла, забралась на стул и уселась. Екатерина Алексеевна поставила перед детьми молоко.
— Скорее принимайтесь за завтрак!
Дети уже начали есть, когда подошла Елизавета Родионовна. Она села рядом с Машей, сделала глоток молока и посмотрела на Свету: