Он наклонился чуть вперед и прямо коленями упал в лужу, он стоял на коленях перед могилой, столько невысказанных слов щемили ему горло. Он согнулся и уперся лбом в холодную землю, а ливень стучал по его телу, все усиливаясь. Даже Господь пролил слезы по его маме.
Струи дождевой воды текли по его лицу, но не было понятно, дождь ли это, или его слезы горести по маме. В его холодном взгляде кроме боли еще можно было разглядеть ненависть.
В этот момент Светлана подошла к нему с зонтиком, встала рядом и прикрыла его от дождя. Она просто стояла, молчала и также, как Дмитрий смотрела на портрет его мамы. Она всегда будет рядом с ним и узнает, чьих рук это дело, кто посмел ее убить, он обязательно понесет наказание!
«Мама, я обещаю тебе, я буду заботиться о Диме и о наших с ним детях»
— Дима, поехали домой! — сказала Светлана мягко, спустившись на колени.
Его мужественное лицо было все в воде, она прикоснулась к его холодным щекам и сказала:
— Нам нужно идти дальше и выяснить, чьих рук это дело.
Она понимала, что выводит его из печали — это чувство ненависти к тому, кто убил его мать. Только так она могла взбодрить его. Он протянул руку, чтобы обнять ее, и согласился.
Ливень бушевал всю ночь и закончился только утром. Дмитрий уехал ранним утром, и Светлана понимала, что он должно быть поехал выяснять обстоятельства аварии. Она накормила детей завтраком, они уже были такими взрослыми, что ей даже ничего не нужно было для них делать, они уже сами научились есть, мыть руки и вытирать лицо. Светлана обняла дочь, потом сына, потрепала их по макушке, как же быстро они выросли и стали такими смышлеными!
Паша обнял ее, а потом и Маша, оба обнимали маму за талию. И когда мама убрала все со стала, и подошла к ним, сказала:
— Вы скоро будете учиться читать и писать, потому что уже надо готовиться к школе.
— Пошлите учить! — Светлана отпустила от себя ребятишек, а потом смотрела, как они такие маленькие, сидят с прямыми спинами, а ведь совсем недавно они были крошечными, когда только родились, и так быстро выросли!
Она погладила живот, он еще был совсем небольшим, а если еще втянуть живот, так его вообще не видно, она наклонилась и сказала животику:
— Малыш, будь послушным, возможно, бабушка Лиза пожертвовала жизнью ради тебя!
Со вчерашнего вечера у нее была небольшая температура, но ей не хотелось, чтобы Дмитрий волновался, поэтому с трудом, но крепилась, да и сейчас он не дома, поэтому она попросила водителя отвезти ее в больницу, поехала она со своей охраной. Из-за того, что она в положении, врач, который изначально занимался ее лечением сперва сделал общую диагностику. С малышом все было хорошо, только небольшая температура у матери вызывала учащение сердцебиения плода. Ей сейчас нельзя было принимать лекарства, поэтому доктор настоял, чтобы она возвращалась домой и сбивала температуру естественным путем, ведь поднялась ее температура, как раз из-за холода.
— Давай в том же духе! Не думала, что ты так быстро восстановишься!
Светлана подошла к доктору и поблагодарила. И вот она вышла из больницы, собиралась уже садиться в машину, как в парке возле больницы увидела знакомую фигуру. Она остановилась и вглядывалась несколько секунд, ожидая, когда она обернется, и вот она увидела ее лицо. Это Виктория Александровна. Но Дмитрий же сказал, что у нее все в порядке с анализами, и что она теперь должна в тюрьме сидит. Что же она делает здесь? Да еще в больничной одежде! Что же случилось?
Глава 463 Галлюцинации
— Светлана Макаровна? — позвал телохранитель, заметив, что она остановилась. Светлана махнула рукой и зашагала навстречу к Виктории Александровне. Мужчина следовал за ней, стараясь прикрыть девушку со всех сторон.
— Мама, — осторожно позвала Светлана.
Виктория Александровна напряглась, она повернулась, чтобы взглянуть на стоящую неподалеку дочь, и натянуто улыбнулась.
— Ах, Света, что ты здесь делаешь? — ее лицо уже не было таким бледным, как прежде.
— Это я должна тебя спросить. Почему ты здесь, да еще и в больничном халате, что-то не так? — ее голос был низким, Светлана боялась услышать плохие новости, так как смерть Елизаветы Родионовны уже заметно ее подкосила. Сидя дома, с детьми и с мужем, она не могла выставить свои горькие чувства напоказ. Если вдруг что-то произойдет и с Викторией Александровной, то она вряд ли сможет это пережить.