Сколько не отрицай, а правда все равно одна. Фадей родной дядя Светланы. Итон был абсолютно прав, и Дмитрий это понимал. Вот только, это ужасное чувство в душе не давало ему покоя. Как можно, просто так, спустить с рук убийство матери? Эта смерть, оставила свой след, который никогда не исчезнет. Дмитрий вздохнул и наконец поднял голову.
— Пригласите его сюда, и оставьте нас наедине.
Фадей вместе с женой, которая поддерживала его под руку, вошли внутрь. Он был одет просто, и выглядел подавленно. И хотя с последней встречи, прошло не так много времени, по внешнему виду Фадея можно было сказать обратное. Верно говорят, все осталось как прежде, только люди уже не те.
— Я буду снаружи. Позови, когда закончишь. — прошептала Галина, усаживая мужа на диван. Фадей коротко кивнул. В сложившейся ситуации, Галина не знала, что сказать Дмитрию, поэтому не поздоровавшись, опустила голову и вышла в коридор. Как только дверь закрылась, кабинет погрузился в тишину.
— Влад ушел из шоу-бизнеса. Сейчас он в воинской части. — Фадей решил первым прервать молчание, — Он, скорее всего, не приходил с тобой повидаться?
Зная, как обстоят дела, Эльдару стыдно показываться на людях. Фадей признал свою вину не случайно, он все продумал. У него с сыном никогда не было хороших отношений. Поэтому люди не знали, кем был Эльдар на самом деле. Фадей был на месте управляющего так долго, что пристроить его в воинскую часть было не так сложно. И никто даже не догадался, кто его отец. Поэтому какую бы ошибку отец ни совершил, это никак не отразится на сыне. Эльдар с удовольствием пошел в часть, потому что понимал, что Фадей обязан понести наказание. Отец и сын, сделали это, чтобы не подвергать всю семью опасности.
— Я пришел к тебе не для того, чтобы оправдываться или просить прощения. Я понесу наказание, которое заслужил.
Фадей понимал, кого он разозлил и кто его возненавидел. Но ошибка уже совершена, он и правда не хотел убивать Елизавету, а лишь хотел ее похитить. А если бы и хотел убить, то сделал бы это тогда, еще двадцать лет назад, когда взял ее под арест. Но сейчас, Елизавета в любом случае погибла из-за него. На нем лежит неотвратимая ответственность!
— Лишусь положения, угожу в тюрьму. Все это неважно, — на этих словах он поднял голову и взглянул Дмитрию в глаза, — Я просто хочу увидеться со Светой.
Единственное, о чем Фадей жалел, это то, что заставил Анфису быть с нелюбимым человеком. Он и подумать не мог, что его сестра такая упрямая. После свадьбы, Илья слишком много позволял ей. И она, против ожиданий, нашла мужу другую женщину, да еще и скрывала своего внебрачного ребенка от Геннадия. Фадей и представить не мог, что из-за легкомысленных действий своей сестры, он ненавидел безвинного человека всю свою жизнь. Извинить — это слово слишком простое для такой ситуации, и потому Фадей его не говорил. Анфиса не только разрушила жизни других людей, но и его собственную. Но что он мог поделать? Как он мог оправдаться? Это же его единственная младшая сестра. Он сам виноват во всем.
Дмитрий повернулся лицом к окну, так что был виден только его силуэт, и одна рука, оставшаяся лежать на столе. Его мысли и внутренние переживания были спрятаны глубоко внутри, и никто не смог разглядеть. Даже его голос не выдавал ни одной эмоции.
— Я и сам не знаю где она, уехала больше месяца назад.
— Почему? — Фадей открыл рот в изумлении. — Разве она не любовь всей твоей жизни? Как ты просто так отпустил ее?
Дмитрий медленно повернул голову. Его холодный взгляд пронизывал до костей и хотелось спрятаться.
— А что я мог сделать? Оставить ее и позволить наблюдать за нашей войной? Разве ей тяжело не будет?
Фадей молчал и обдумывал его слова. Он родной дядя Светланы, а Дмитрий ее муж. На чью сторону она бы встала? Понятное дело, что она не хотела выбирать, и поэтому ушла. Фадей оперся рукой о диван и медленно привстал.
— Это все моя вина! Уговори ее вернуться, — он умоляюще посмотрел на Дмитрия. И в конце добавил, — За свои дела, я отвечу сам. Не нужно вмешивать других людей.
Все верно, он сам разберется со своими ошибками. И тогда, не будет никакой войны с Дмитрием. И Светлане не нужно будет скрываться и испытывать угрызения совести.
— Я знаю, что ты не хочешь меня видеть. И это был последний раз, когда я появился перед тобой.
Договорив, Фадей медленно поплелся к двери. В прошлый раз ему повезло, и скорая приехала вовремя, поэтому серьезных осложнений не было. Но ноги совсем обессилили и еле передвигались. Он неуклюже открыл дверь кабинета. Галина услышав шум, подбежала мужу помочь.