Дмитрий держал ее в руках и ласково успокаивал:
— Ничего страшного, все в порядке, папа с тобой, не нужно бояться.
Придя в себя, Маша, вспомнила о только что пережитом потрясении и громко заплакала.
Девочка своим громким плачем, заставила Юрия Леонидовича прийти в себя, он грозно посмотрел на водителя:
— Если бы это случилось раньше, я бы избил тебя до полусмерти. Просто стой на месте и не думай убежать, у нас здесь есть камеры.
Договорив, Он подбежал к Маше, в этот момент она лежала в руках у Дмитрия, и громко кричала:
— Папа, мне страшно.
Дмитрий поцеловал ее в лицо, все ее лицо было в слезах, поэтому у него на губах остался соленый привкус. Но его это не отторгало, его преисполняла душевная боль. Он потерся губами об уголки ее глаз, и тихо ее успокаивал:
— Не бойся, не плачь.
Услышав голос Папы, Маша зарыдала еще громче, у нее на сердце была обида.
Глава 511 Хочешь я и тебя обниму?
Дмитрий обнял ее одной рукой, а другой рукой продолжал гладить ее по спине. Он вспотел, от него пахло потом, было сложно этого не почувствовать. Он приблизился к ушам дочери, в его голосе чувствовалось страдание, а еще больше чувствовалась безграничная любовь, он очень нежно сказал:
— Будешь так плакать, станешь некрасивой.
Маша очень заботилась о своей внешности. Ее с детства хвалили и говори, что она вырастет очень красивой. Все ее лицо было в слезах, он, задыхаясь спросила:
— Где я уродлива?
— Если продолжишь плакать, то точно станешь уродливее.
Дмитрий протянул руку, провел пальцами по уголкам ее глаз и вытер слезы:
— Машуля, не плачь.
Девочка шмыгнула носом, со слезами на глазах посмотрела на Дмитрия и спросила:
— Папа, почему ты нас бросил?
Говоря это, слезы вновь полились по ее щекам. У нее наконец-то появился отец, но спустя немного времени они расстались. Маша за это время так соскучилась по папе. Она ревела. Чем больше она об этом думала, тем обиднее ей было.
Ее слова тронули сердце Дмитрия, он никогда и не думал бросить их. Он прижался лбом ко лбу дочери, поцеловал ее в нос и в губы:
— Вовсе нет, Машенька не уродина, Машенька самая красивая девочка в мире, папино сокровище.
— Папа.
Маша крепко обняла его за шею и заплакала, уткнувшись в его плечо. Дмитрий терпеливо ее успокаивал, зная о том насколько ей обидно.
Юрий Леонидович оставался в недоумении от увиденного, на мгновение уставившись на мужчину, держащего в руках Машу, он думал про себя, что тут вообще происходит? Этот, этот дурак…Не так, этот мужчина — отец Маши?
Он опустил голову, чтобы посмотреть на стоящего рядом Пашу, и пристально глядя на него спросил:
— Что происходит? Этот человек — ваш отец?
Паша очень уверенно кивнул:
— Да.
Но почему тот здесь появился, и дурацки ухмылялся?
Взгляд Юрия Леонидовича снова повернулся, к счастью, Дмитрий тоже посмотрел на него. Выходя из жилого комплекса, он увидел этого мужчину с двумя детьми, кто же это такой? Какие отношения его связывают со Светланой?
Будь это незнакомец, Она бы ни за что не доверила ему детей, по-видимому он очень нервничал и переживал за детей.
Юрий Леонидович усмехнулся:
— Здравствуй. Почему не зашел? Увидев тебя сидящего у дороги и глупо улыбающегося, я подумал, что ты…
Не договорив, он уже понимал, что Дмитрий совсем не дурак.
Даже недоговаривая до конца, Дмитрий уже знал, что фраза не заканчивается ничем хорошим. Он спокойным голосом с намеком спросил:
— Кто вы?
Он никогда не видел Светлану в компании этого человека, и никогда не слышал, чтобы у нее в Воронеже были друзья, либо родственники. Он прищурился, в душе догадывался, что их со Светланой взаимоотношения не так сложны. Это может быть родственник ее отца — Геннадия?
Юрий Леонидович заулыбался:
— В двух словах и не расскажешь, почему нам не уладить все и не найти место для разговора?
Дмитрий молча согласился.
Юрий Леонидович похлопал Пашу по плечу:
— Не переживай, я схожу туда и сразу вернусь.
Водитель, который чуть не сбил человека, все еще стоял на обочине, ему нужно было преподать урок, иначе он бы и дальше оставался таким же безрассудным и возможно в будущем по-настоящему кому-то навредит.
Паша послушно кивнул головой. Когда Юрий Леонидович ушел, Дмитрий обернулся на сына и спросил:
— У вас все хорошо?
Паша кивнул, он был слегка подавлен:
— Все нормально, мы с сестренкой учимся, мама очень занята, наша жизнь очень насыщенна.
Сказав это, он отвернул голову, будто чувствуя некую тяжесть на сердце.