— Трифон…
Когда она собралась поговорить с ним, Евгений перебил ее жестким тоном:
— Глупая!
Дело было не в том, что она хотела рассказать Трифону об Борисе, а в том, что она не думала о последствиях. Он серьезно посмотрел на свою жену:
— Ты что не знаешь, кто твой брат? Не видела новости? Очевидно, что он не представляет из себя ничего хорошего. Хочешь вмешать в эти непонятные дела Трифона?
На самом деле, Лидия Николаевна не думала об этом. Муж предупредил ее, и она решила, что нельзя передавать его Трифону, от этого человека было бы слишком много шума. Сам Борис спрятаться не мог, это было непросто. Ее дочь была с Трифоном, и Лилия понимала, что не должна доставлять неприятности зятю.
— Скажите мне, что произошло. А помогу что-нибудь придумать. — Сказал Трифон.
Евгений вздохнул и серьезно сказал ему:
— Ты только что прибыл в Белгород и не знаешь, что тут творится. Это не Перевоз. Здесь много людей, тут много разных тайн, мы не говорим лишь потому, что не хотим вовлекать тебя в эти мутные дела.
Трифон знал, что тесть был добр к нему, но он хотел помочь им.
— С тех пор, как я стал вашим зятем, я считаю себя членом вашей семьи. Как я могу сидеть, сложа руки, когда родители моей жены столкнулись с трудностями. Даже если я не смогу помочь, пожалуйста расскажите мне, в чем дело. Не нужно принимать меня за постороннего, за слабака.
— Почему ты такой настойчивый?
Евгению было неудобно продолжать скрывать после того, как разговор дошел до такого. Он сказал Трифону посмотреть новости. Трифон достал телефон и начал листать новостную ленту, как и велел ему Евгений. Вскоре появились новости о голом мужчине в безлюдной усадьбе. Их было бесчисленное множество. Сразу было понятно, что что-то случилось.
— Брат Лидии хотел поселить к нам этого отброса. Придумал! — холодно сказал Евгений.
Трифон опустил голову и продолжил просматривать новости, он случайно увидел, как Дмитрий и Светлана посещают торговый центр. Он заколебался на мгновение, но не стал смотреть на это, а продолжил читать новости о храме.
— Он постоянно ввязывается в неприятности. В этот раз у него возник конфликт с Дмитрием Гусевым, иначе бы он не стал думать о том, чтобы спрятать его здесь. Ему больше некуда обратиться.
Евгений не следил за Борисом, но новости разлетелась повсюду и сами доходили до него, хотел он этого или нет.
Трифон посмотрел на него и спросил:
— При чем здесь Дмитрий?
— Я не знаю подробностей. До меня дошли слухи по этому поводу. Похоже, он схватил людей Дмитрия и запер в усадьбе. В результате случилось то, что ты видел. Он не может сдать человека, а спрятать его негде. Поэтому он и решил спрятать его у нас. Это не игрушки. Его отец разбаловал его в детстве, а так нельзя. Это парень уже стал наглым. Рано или поздно с ним что-нибудь случится!
Выслушав Евгения, Трифон погрузился в размышления. Кого из людей Дмитрия мог схватить Борис? Может быть, они схватили Светлану?
— но это просьба брата тещи, если вы откажете, обидите его.
Евгений не воспринял это всерьез:
— А мне все равно. Ему лучше с нами совсем не общаться!
Лидия Николаевна знала характер своего мужа. Если он настаивал на своем, не было никакого смысла в том, чтобы стараться переубедить его. Она невольно вздохнула. Ведь с братом они связаны лишь кровью, а муж важнее, в дальнейшем они будут жить вместе. Да и чувства к мужу у нее были глубже.
— Трифон, уже поздно. Иди спи. Раз Женя испытывает неприязнь к Борису, то я откажусь. Тем более, мы с ним все это время не поддерживали связь, ему было плевать на меня.
Трифон все еще хотел настаивать на своем, ради Светланы.
— Я знаю, что вы не хотите иметь ничего общего с таким человеком. Но вы ведь родственники, если вы будете наблюдать за всем этим, сложа руки, неприятность будет. В любом случае, мы с Фаиной скоро вернемся в Перевоз. Отдайте мне, я отвезу его к себе в город и найду ему место, где никто его не найдет его, и Борис замолкнет.
Евгений ничего не сказал, все еще не желая, чтобы Трифон касался этого вопроса. Но было очевидно, что он заботится о них, чему Евгений был очень доволен. Лидия Николаевна теперь еще больше винила себя за то, что не доверяла Трифону. Они столкнулись с трудностями, а он думал о них. Редко встретишь людей с таким сердцем. Если бы она знала истинные намерения Трифона, она бы пожалела, что выдала свою дочь за него.
— Лучше сделать, как говорит Трифон. Пообещаем Борису, привести человека в Перевоз, а не в наш дом, чтобы это не повредило нашей репутации. Как бы то ни было, он — мой брат, давай поможем ему? — она осторожно посмотрела на мужа.