Йети - Yeti, здесь: марка горного велосипеда
Курт Кобейн - покойный солист и лидер американской рок-группы Nirvana, покончивший с собой, застрелившись из ружья
реф - референдариат
штацион – этап, здесь: период прохождения референдариата
Эльти, Мариус Эльтер - коллега Андрея по работе
ГЛАВА 13 и Последняя книги 1. В большом пруду
Домой после валяния на травке у реки я иду пеше по Зеленому Поясу, и тут мне прямо под ноги бросается наглая утка, наступая на меня и нахально клянча хлеб. Ах, пернатая ты зараза, думаю я с невольной улыбкой. Будь я «верхом», ты бы у меня из-под колес уже давно взвилась в поднебесье.
Быстро дотукавшись, что никакой жратвы ей от меня не перепадет, утка вперевалку разворачивается и с матерным кряканьем топает к пруду, затем, взлетев, с шумом и плеском опускается на воду. Уверенно плывет она по водной глади, слегка помахивая хвостом. Ueber den großen Teich, думаю я невольно. Через Большой Пруд. Говоря так, здесь подразумевают Атлантик. Но я никогда не бывал в Штатах.
***
Опять все по кругу. По гребаному кругу.
Я не сплю. Я не могу спать. Ухожу на кухню от спящей Анушки и начинаю готовить работу, которую мне абсолютно рано еще делать, потому что сдавать ее черт знает когда.
ОНА долбит меня. Ее зареванное лицо день и ночь стоит у меня перед глазами, и я осознаю, что болезнь моя под названием «Оксанка» снова вспыхнула во мне по полной.
Когда мне наконец удается заснуть, мне почему-то снится сон, в котором стартует космический корабль. Я словно в кино или новостях смотрю на запуск, огонь, клубы реактивного дыма и мириады желто-газовых пылинок, затем вижу съемку с борта корабля – это Оксанку запустили в космос.
Досмотреть этот глюк до конца мне не удается – судорожно дернувшись, я просыпаюсь и рывком сажусь на постели.
- Андрей, ну что с тобой такое, - стонет откуда-то из подушек сонный голос Анушки.
– По-моему, тебя слишком загружают на реф, - заявляет она мне утром. - Нельзя столько работать. А ты еще не специалист. Потом что будет?
Я недовольно бубню что-то ей в ответ. Не выспался жестко и мне уже пора.
- Мандражируешь, что с вальштацион не выйдет?
- Ни фига подобного я не мандражирую, - огрызаюсь. Вообще-то, мы никогда не ссоримся, но сейчас она меня ДОСТАЛА.
- Да и причины нет. Уедешь… - о, понеслось опять, - …а если у меня со стажировкой не выйдет, то полгода не увидимся.
- Полгода – это не так и долго.
- Ничего себе – недолго. Это же шесть долгих месяцев, - обиженно не отступает Анушка.
- Ну так и у тебя тоже все получится. У тебя же всегда все получается, - заставляю себя мягко улыбнуться и ободрительно поцеловать ее, загашая нашу утреннюю размолвку.
Проходит почти неделя, прежде чем я понимаю, что должен позвонить ЕЙ, иначе у меня просто поедет крыша.
Настюха. Нет, она не знает ни ее телефона, ни телефона ее родителей. Знала только тот, из старого дома. Они не общались уже больше года.
- Лена, халё. Как дела?
- Халё, Андрей. Нормально. А у тебя? Что-нибудь случилось?
Умная Ленка. Вежливо, но – сразу к делу.
- Лен, да... это… у тебя есть телефон Оксаны? Твоей подруги?
- Есть, но… Андрей… Ксюша же уехала.
- Да? Куда это? – не догоняю сначала. Да, она же что-то упоминала...
- В Нью-Йорк, на стажировку. А ты не знал?
Так. Т-а-ак. Хочется лупануть по чему-нибудь.
- Андрей?.. – она, должно быть, слышит глухие удары, когда я даю в стену. Разок. Другой.
Фиксируя взглядом нежно-розовое пятнышко на обоях, спрашиваю глухо:
- Надолго?
- На полгода.
Охренеть. Ох-ре-неть. На сей раз она себя превзошла. Нет, не особо, ненадолго, мол, уеду. Так она мне сказала. Офанарела совсем. Полгода – это же шесть гребаных месяцев, мысленно кричу Оксанке и чуть было не говорю вслух Ленке.
- А… где она там будет?
- В аудиторской компании. По налоговой части.
- Большая компания?
Мне абсолютно плевать, большая ли компания. Мне не хватает воздуха и вопросами я пытаюсь заглушить то, как шумно я его в себя втягиваю.
- Да, вроде большая. Кажется, она сказала, одна из «Большой Четверки» - так, что ли? Кан…энд…
- Каннинг Уэст?
- Да, кажется.
А я ведь даже не расспросил подробнее о ее специализации. Об учебе болтали. Что-то с правом было, кажется. Представление об Оксанке – аудиторе или Оксанке – налоговом консультанте в упор не укладывается у меня в голове. Но в ней сейчас много чего не укладывается.