Взгляд невольно переместился на лодыжку. Привычно сверкнуло золото, но сверкнуло как-то странно. Новая цепочка? Но ведь это невозможно!
Почему она находится тут, и где ее прежний хозяин? Почему вокруг суетятся такие важные мужчины? Может, теперь она принадлежит кому-то из них? Вот было бы здорово, если бы Дереку Ват Йету! Он очень красив, очень властен - лучший хозяин, которого можно представить. Тело Йолы привычно налилось жаром при мысли об этом мужчине. Как давно она в него влюблена? Кажется, еще с того момента, когда она впервые оказалась во дворце – торопилась в Старый Шпиль, чтобы отнести переписанные бумаги, и глазела по сторонам. А он шел к ней навстречу в окружении пары секретарей, что-то спокойно объяснял. Она замерла тогда и смотрела вслед ему до тех пор, пока его голос не истаял в коридорах дворца. Дерек Ват Йет произвел на нее сильное впечатление, и сердцу, пусть даже это и сердце простой рабыни, не прикажешь. А потом потянулись тяжелые, страшные годы, наполненные насилием, но Дерек Ват Йет, которого она изредка видела во дворце или еще реже – на улицах центральной части столицы, оставался для нее чем-то вроде недостижимого идеала. Йола вспомнила, как рад он был, когда она очнулась у него на руках.
Может, эта девушка, Вера… Если она оказалась в ее теле, то вполне возможно, что она сменила хозяина. Вера – очень сильный, свободный человек. Йола такой никогда не была и даже не мечтала стать. А раз Вера была тут, в ее теле, значит, она смогла добиться для себя справедливости. Но что же все-таки произошло? Почему она вернулась обратно?
Там, в том мире было хорошо. Там была независимость, там были знания и память другого человека, и эти знания позволяли Йоле жить так, как ей нравилось. Нужно как можно скорее во всем разобраться, и тогда, может быть, получится вернуться туда? Там нет никаких цепочек, нет никаких хозяев. Дерека Ват Йета там тоже нет, но зато есть Игорь, бывший муж Веры. Он очень добрый и заботливый, а что ударил Веру тогда, несколько лет назад, когда она загулялась… Йоле были доступны все воспоминания Веры, но из-за отсутствия хоть какого-то понимания нормы в отношениях она считала, что Вера была неправа. Какая женщина перечит супругу? Какая женщина станет говорить такие грубости, которые говорила Вера? И развод… В их мире разводов не было, а если и случались преценденты, то о них трубили на всю империю. Да. Тот мир – предел мечтаний. Выбирай кого хочешь, делай что пожелаешь…
С усилием вырвавшись из своих мечтаний, Йола сконцентрировалась на другом. Она тщательно перебирала в памяти все, что только могла вспомнить. Последние ее воспоминания об этом мире заканчивались в ванной хозяина, на острых осколках, которые резали ей спину. Вспомнилась страшная истерика после очередного насилия, чернота, а потом – земная больница с земными врачами, чужая память, которая сразу же влилась в ее сознание, чужое тело и ощущение невероятного счастья. И Татьяна… При мысли о ней Йола поморщилась. Татьяна с самой первой минуты что-то подозревала. Йоле удавалось на время, используя чужую память, вернуть ее доверие, но в последние деньки Татьяна старалась ее избегать. В тот день, когда Йола вернулась в свой мир и в свое тело, Таня пришла с бутылкой вина и с серьезным разговором, который толком не успел начаться.
Потом была темнота и гадкое ощущение металла на лодыжке.
Отвратительно! А земные женщины еще и украшения на ногах носят!
Йола тяжело вздохнула и покосилась на свое «украшение».
Золотые цепочки надевали на девушек сразу же после того, как они сдавали общие предметы по всем направлениям – от приготовления пищи до сложнейших математических наук. Обычно тем, кто получал золото, везло очень сильно. Таких девушек берегли, ведь стоили они очень, очень дорого. Но ее хозяин решил, что она должна отрабатывать свою стоимость всем, чем может. И пожаловаться на него она не имела возможности. На это стоял прямой запрет хозяина. Насилие могло бы вскрыться, если бы на ее бывшего хозяина кто-то донес, но кто станет – ради рабыни?
Но теперь-то все по-другому? Правда же?
Дверь открылась. Зашел Савар – главный в ГУСе. Его Йола тоже неоднократно видела в стенах императорского дворца – сталкивались порой, но он никогда не обращал на нее внимания. На рабов в принципе не обращают внимание, это почти что правило этикета. Но теперь он смотрел на нее внимательно и строго, а потом, не подходя близко и не снимая магических пут с ее рук, мягко, почти ласково спросил:
- Успокоилась?