Мы общаемся легко и непринужденно, я даже слегка удивлен такой атмосфере, почему-то думал что она за Арта топить будет, видимо ошибся. Когда Леон под боком, я даже как-то на детали начинаю обращать внимания, тогда у нее на дне рождении и в клубе я даже не запомнил лица её лучшей подруги. А сейчас отмечаю, что Николь тоже симпатичная: светлые волосы, зелёные глаза, немного полнее чем Леон, но ей прям идёт, интересная и с мозгами. Сейчас она много говорит и шутит, в клубе же мы вовсе парой слов успели перекинуться, но тогда я вообще ничего не видел кроме нее, тогда еще не моей Леон. Та её подхватывает, они часто друг друга перебивают и хохочут, чувствую что и сам отошел от утреннего, нет, даже недельного напряжения.
Николь звонят, она сразу же выдает что у некой Ким есть только пятнадцать минут, какой-то пациент срочный появился, и она сюда не успевает, потому условились поговорить в клинике и вынуждена нас покинуть. Впопыхах одевается и перевалившись через стол, на прощание чмокает Леон и меня заодно.
Судя по тому как они говорили о докторе, это видимо к ней она сегодня ходила. Не хочу что бы выглядело как допрос, но как только дверь за подругой закрывается, сразу выдаю:
— Ты как? Как чувствуешь себя? Ты ходила сюда? — для точности киваю на соседнее здание.
— Нормально... живот почти не болит уже, в понедельник будут результаты, тогда картина и прояснится.
— Ясно. — а как же те тесты, полоски там всякие? Не понимаю. — Леон, ты можешь мне сказать всё как есть, правда! — волна снова захлёстывает меня, но стараюсь не выдавать, говорю тихо, подумает что я неуравновешенный какой-то, потом как-то признаюсь как она влияет на меня, как маленький перед ней трясусь.
— В чем признаться? — удивленно так смотрит, что я начинаю сомневаться что что-то не так понял.
— Ты почему сюда ходила? — меняю тактику, прямой вопрос - это слишком даже для меня, но и так должно прояснится, сама вижу она рассказывать не спешит.
— Живот болел… я же таблетки пью, — говорит практически шёпотом мне на ухо, — Я не могу быть беременна… если ты об этом... не должна… но боль была странная и задержка... и я начала волноваться, и вот, решила проверится.
— Я чист! Я регулярно проверяюсь! — быстро заверяю я. О том, что в старшей школе меня благодаря невинному минету местная звезда наградила недельной чесоткой в том самом месте, решаю промолчать. После того, каждый август доктор Верман залазит своими прозрачными палками в самые труднодоступные места и называет меня вымирающим видом, который приходит к нему по доброй воле, да еще и без надзирателя в виде девушки, мамы или жены.
— С-э-э-м, — смеется она, и утыкается мне в шею. Обнимаю её крепче за талию и к себе подтягиваю вплотную, мог бы, приклеил, чтобы всегда со мной вот так бок-о-бок, а лучше сверху. Так! Стоп!
— Беременность исключили, но есть вероятность что таблетки придется отменить.
— Ты только что здорово меня напугала! — выдыхаю я. — Что бы не случилось - говори мне, не бойся и не стесняйся! Я могу чего-то не знать про все эти дела, — снова киваю в сторону здания, — но я волнуюсь и не хочу сделать тебе больно. В смысле, физически. Если болит что-то, да и таблетки… есть и другие методы, не беременеть, пока. — улыбаюсь я, и Леон потягиваясь в моих руках тоже улыбкой озаряется.
— Ну да… скоро узнаем. — отлипает от меня и смотрит немного улыбнувшись бегая глазами по лицу.
— Что? На лице что-то? — она молчит, но продолжает разглядывать, а потом выдаёт:
— Я соскучилась... очень! — и сам в улыбке растекаюсь.
— Я тоже! Очень! — приближаюсь к ней и наконец-то пробую её. От того, как быстро я снова завожусь пальцы сами её сильнее сжимают, сдерживать себя и не накинуться на нее прямо здесь становится невыносимо. С каждой секундой вкушая её снова, себя живым ощущаю. Словно я всё это время бежал, ехал, плыл и вот наконец-то остановился и замер, задышал, заземлился.
49
Отец написал, что доставку перенесли на завтра. Сказать что я рада - это ничего не сказать, смогу побольше времени провести с Сэмом. После того как мы разобрались с тем что волновало его, хочу прояснить то, что тревожит меня.
— Сэм, а как Артур? — не могу не думать о нём, уверена, его угрозы относительно нас не серьезные, в сердцах сказал. Но то, что он вот так пропал, очень пугает и настораживает. Я даже ему один раз звонила, но телефон был отключён.