Безусловно, случается, тренер проигрывает ту или иную встречу. Не угадал, например, с «физикой» или психологией футболиста в конкретный момент. Неправильно произвел замены, подобное тоже бывает. Рассчитывал как раз заменой усилить состав, а получилось с точностью до наоборот.
Мне понравилось, когда те же журналисты, специалисты, чиновники времен сборной Хиддинка стали предъявлять претензии именно футболистам, а не только тренеру. Почему вы–то так действовали в ряде эпизодов невнятно? Это стало своего рода добрым предзнаменованием. Ну, ты же был поставлен на привычную позицию, никто тебя и не думал куда–то переставлять. С другой стороны, подобные вещи тоже вызвали у меня, по меньшей мере, недоумение: почему вы иностранного тренера, таким образом, поднимаете, а своих, отечественных, наставников неизменно топтали? Унижали, даже уничтожали — морально, психологически, естественно.
Упрек адресую, конечно, нашим журналистам, специалистам, чиновникам. Ты–то, наставник, ответишь репортеру как бы один на один, а он может отозваться миллионным тиражом своей газеты. И тоже надо было все это выдержать.
Злосчастные 1:7
Что произошло, на мой взгляд? Возьмем статистику. Девять ударов в створ ворот, семь пропущенных мячей. Одна штанга, один удар Слава Малафеев отразил. Еще раньше я прямым текстом сказал ребятам перед матчем: больше не стану терпеть тех нарушений, с которыми футболисты приезжают в сборную страны. Имелась в виду, прежде всего, фармакологическая зависимость. «Доброжелатели» стали говорить: игроки, мол, не хотят ехать в команду Ярцева. Да, может, кто–то и не хотел, так как, видимо, рисковали «спалить» своих клубных врачей, тренеров в том числе. Замечу, никто из мастеров не отказался выступать в сборной, даже намека не было.
Но все–таки в ту поездку не отправились сразу шесть человек. А почему, спрашивается? Просто потому, что никто не хотел думать и волну лишний раз поднимать. Над нами ведь продолжало висеть то проклятие в виде бромантановского дела. Оно долго не давало покоя, довлело постоянно. Может, только со временем, с приходом Хиддинка, это проклятие стало постепенно уходить…
Не собираюсь оправдываться, но первый мяч нам забили из «вне игры». Это очевидно. И здесь наши защитники попятились назад. Таким мастерам, как Деку, Роналду, давать бить из убойных позиций смерти подобно. Они даже имели возможность посмотреть, оценить позицию, мячишко остановить, подработать его. И точно, неотразимо удары нанести.
Еще во время жеребьевки финальной части первенства Европы наставник португальцев Сколари очень тепло ко мне отнесся, мы тогда с удовольствием познакомились, пообщались. Долго беседовали. И уже непосредственно на послематчевой пресс–конференции он откровенно признал, что 7:1 — просто чудо. Привел, кстати, почти аналогичный пример с бразильской сборной, которую возглавлял. Ведомые им кудесники мяча проиграли то ли Венесуэле, то ли Колумбии 0:5. Сколари честно сказал: всего ожидал, но никак не результата 7:1. Случаются такие матчи; я вот, Сколари, тоже через это прошел.
То, что ушел с лавки, до сих пор считаю своим верным решением. Мне до такой степени стало плохо, тошно… Васильков следом вышел, укол мне сделал. Привел в чувство. Ведь нужно было пресс–конференцию посетить, что–то говорить там, общаться с журналистами. Состояние такое: пропади все пропадом! Все, больше не хочу. Следующий матч у Эстонии дома мы выиграли относительно легко, спокойно. Многие ребята, в частности, Андрей Каряка, сказали тогда, что они играли «за тренера Ярцева». Приятно. Душу как–то согрело. Вот опять же, может, вырываю из контекста рассказа. Хороший был защитник — Бугаев. Потеряли его из–за тех самых фармакологических нарушений. И где он сейчас?
Если вернуться к матчу с португальцами, абсолютно ничто не предвещало разгрома. Обычно вторую игру отборочного цикла мы всегда проводим уверенно. Спокойно, ровно. Состав, отправившийся в Португалию, не сильно менялся, в основном опытные мастера вышли. Дебютантов в команде не было. Тем более располагали записями матчей с участием португальцев, их состав со времен европейского чемпионата тоже почти без изменений. И от своей манеры действий на поле соперники не собирались отказываться. Ну, что случилось, то случилось. Я говорил: девять ударов, семь голов. Может, один мячик Слава мог бы зацепить, остальные из разряда не берущихся. Просто сумасшедшие по силе и точности удары.