Собираюсь, уезжаю домой, поводов для беспокойства президент клуба, слава богу, не дал. Так называемое трансферное окно закрывалось аккурат в девять вечера. Они, игроки, опять же акцентирую ваше внимание, все здесь, в «Торпедо». А в одиннадцать утра из новостей узнаю, что один мой, теперь уже бывший, футболист там–то, другой тоже ушел, третий… Средней линии, как и пророчил мой знакомый, просто нет.
Ну, как такое расценить? В подобных ситуациях люди обычно сразу уходят. Однако не стоит забывать, что были футболисты, пришедшие именно ко мне. Как их бросишь–то?! Игроки со мной все сборы готовились. Это буквально удар ножом в спину! Да еще и повернули ножичек с особым цинизмом, чтоб, видимо, побольнее Ярцеву стало. Извините, что за нервы надо иметь? Да безразличие иногда посещает в таких безнадежных ситуациях. Выть хочется.
Костю Зырянова однажды спросили, а он все–таки мудрый игрок и человек: как это он без проблем вписался в состав, игру «Зенита?». «А вы пройдите подготовку с Ярцевым, тогда многое поймете», — ответил футболист.
О нравах, царивших в первой лиге, можно, наверное, трактаты писать. Если открутить пленку событий немного назад, то вот что вспоминается. Лечу с «Торпедо» на сборы. В салоне самолета вместе с нами группа футбольных арбитров. И кто–то из них противненьким голоском верещит: «Ничего, Георгий Александрович, вы еще узнаете о нас».
Я был со «Спартаком» в первой лиге, видел, кому и как помогали. Но когда снова посмотрел эту первую лигу — просто тихий ужас. Раньше в парках культуры и отдыха аттракцион любопытный устраивали: бег в мешках. Там побеждал не тот, кто просто быстрее бегает, а именно умелец, суетившийся в мешке. По ходу матчей в упомянутой лиге подходили люди и говорили: вам бы надо соединиться с той или этой командой, чтобы проще, легче проблемы решать… Простите, но в подобные игры я никогда не играл и практиковаться в подобном не собираюсь.
После все–таки внезапной для себя потери той плеяды игроков, на которых очень надеялся и рассчитывал, прихожу к Тукманову. «Как же так, Вячеславович?!» Сначала, правда, пытался с Алешиным объясниться. Он, однако, в Бразилию улетел, деньков на пятнадцать. Молодец. Хорошо, но деньги–то за этих игроков получили? Получили. Тукманову говорю: «Не вижу смысла дальше работать». — «А ты не со мной контракт заключал, с Алешиным». — «Хорошо, тогда я просто уйду, и все».
Поднимаюсь наверх, они следом за мной. Разговор следующий: хорошо, уйдешь, а как быть с теми ребятами, которые к тебе пришли, они–то в чем виноваты? Евсеев, Ромащенко, Сосновский, Соломатин, Карнаухов, Мор, Бородин, которого, кстати, в «Динамо» звали. Это все не мальчики, опытные уже люди. Футболисты действительно пришли не столько в «Торпедо», сколько именно ко мне. Как их бросишь–то? И в высшую лигу им путь заказан, потому что трансферное окно к тому моменту закрылось.
Значит, нужно работать. С другой стороны, как продолжать полноценно трудиться, если президент клуба подвел хуже некуда? Получил деньги за проданных мастеров, так дай их на покупку других. Алешин ответил: средств на трансферы нет.
В домашнем матче с «Шинником» команду просто «прибили». И вместо того, чтобы защитить ребят от судейского произвола, Алешин, как ни в чем не бывало, заявляет: нас правильно судили. Ну, это петля, конец. Собрал я, как говорят, вещички, и пошел. Ни о какой компенсации даже не заикался. Известно, чем закончилось. На том багаже, который еще был, немного подержались. А потом — первая лига…
Трагедия с сыном
Находился как раз на сборах с «Торпедо» в Турции. Утром входит в мой номер Дасаев, по его виду догадался: что–то случилось. Ринат говорит: срочно позвони домой. Поначалу я даже не осознал до конца произошедшее. Буквально накануне, за день до этого, сын провожал меня на эти сборы, мы с ним тепло пообщались. Уже из Турции разговаривал с ним по телефону. Ничто, казалось, не предвещало беды. И ведь до сих пор ничего не известно…
Поднялось много народу в розыск негодяев. К сожалению, пока никого не нашли, нет концов, которые привели бы к убийцам нашего сына. Кто бы ни брался за расследование, результатов никаких. Только, может, время укажет на убийц. Трагедия — опять невольно к этому возвращаюсь — могла бы нас с Любой, может быть, развести по разные стороны. Предположим, упреки в адрес друг друга, еще что–то, нередко сопутствующие подобным вещам. Но ничего подобного.