Новая работа
Я осторожно переступила порог кабинета Макара Степановича. Он разговаривал по телефону и, увидев меня, молча кивнул и движением головы пригласил меня зайти и сесть. Присев на ближайший к выходу стул, я немного осмотрелась вокруг - все так же как и у всех мелких начальников - шкаф с набором сувениров преимущественно ручной работы, несколько грамот и благодарностей в рамочках над письменным столом, два ряда аккуратных стульев, наверняка, чтобы проводить летучки по понедельникам.
- Очень рад вас видеть, Анна, - Макар Степанович, который уже успел договорить, провел рукой по волосам и устало поморщил лоб - предыдущий инженер ушел ещё на прошлой неделе, осталось больше десяти незавершённых объектов. Что делать, ума не приложу, нужен человек, который сможет во всем разобраться и сделать так чтобы меня не посадили в тюрьму.
- Ну это уже работа юриста - пошутила я. И, судя по реакции моего собеседника, не очень удачно. Он в некотором замешательстве смотрел на меня, тщательно обдумывая смысл сказанного, после чего мышцы лица все же расслабились:
- Юрист у нас есть, но не хотелось бы в этом плане пользоваться его услугами. Пусть занимается договорами, а вы следите, чтобы работы велись без задоринки. Хорошо?
- Да, конечно, мне когда приступать?
- Чем раньше тем лучше, как говорится. Завтра сможешь? Дети с кем будут?
Вот как. Мой теперь уже начальник без тени смущения перешёл на "ты" и интересуется самым сложным вопросом - вопросом обустройства быта моих маленьких детей. Потенциальные работодатели на собеседованиях, когда слышали о наличии двух дочерей - 3 и 5 лет, даже не пытались скрыть свои эмоции. Никто не сомневался, что я с первых дней работы засяду на бесконечных больничных и толку с меня как с работника не будет. Мои заверения что с детьми будет папа воспринимались как анекдот - кто-то исподтишка улыбался с неудачной по их мнению шутки, а некоторые в открытую смеялись. И только Макар Степанович принял меня с энтузиазмом. Мне кажется, потому что он в принципе не понимал что такое двое детей, которые ходят в сад. И сейчас его не интересовали мои дети от слова совсем, он просто хотел очередной раз услышать, что они никак не повлияют на мою работоспособность.
- Все хорошо, дети с папой. И бабушка есть на подхвате.
Этого было абсолютно достаточно для руководителя:
- Трудовую завтра принести не забудьте.
Устала
На новой работе мне нравилось абсолютно все. Очень живой и активный коллектив, лояльность и соучастие руководства, возможность проявлять свою инициативу. Макар Степанович всегда прислушивался к моему мнению, и если я говорила что эта фирма предоставляет не лучший технадзор, то он попросту отказывался от ее услуг. Единственным минусом начальника была его некоторая непосредственность. Он не мог или не хотел вникать в сложные вопросы и доверял их решать своим специалистам, и это настораживало.
В целом работа оказалась достаточно трудоемкой, мне приходилось часто общаться с контрагентами и контролирующими органами, решать спорные вопросы, заполнять документацию. В итоге я нередко задерживалась, чем вызывала недовольство Стаса. Муж в свою очередь не стеснялся проявлять свое плохое настроение. Он считал, что если он провел день с двумя маленькими оторвами, он достаточно потрудился и заслуживает полноценного отдыха.
В тот вечер я задержалась на два часа, ещё у входной двери услышала визг и крик детей. Наверняка младшая опять отбирала игрушки у старшей, к последняя не хотела ничего отдавать. Голоса Стаса слышно не было, а значит, он решил в этом конфликте сохранять нейтралитет. Ну конечно! Это в его духе.
Переступив порог я громко закричала:
- Эми, Стефа! Мама пришла!
Но мои слова растворились в детских визгах, никакой реакции не последовало.
- Стас! Ну почему они опять орут?
Стас с отстранённым видом снял наушники и немного отклонился от компьютера:
- Мишку не поделят. Я же говорил, что не стоит экономить и нужно покупать сразу два медведя.
- И вовсе не мишку, мишку мы уже давно спать уложили. Папа ты чего, забыл? Эмили забирает у меня карандаши, а мне пейзаж рисовать нужно. - Стефания смотрела на меня своими обиженными глазами и ждала поддержки. Я повернулась к Эмили:
- Эми, дочка, зачем ты отбираешь карандаши у сестры? Без них у нее пейзаж не получится. Давай, ты ей дашь порисовать?
Маленькая Эмили гордо подняла свой упрямый подбородок и посмотрела в окно. Уголки губ немного приподнялись, на щеках появилось по ямочке, а глаза хитро сузились - было видно, что никто ни от кого не отстанет, ведь целью были вовсе не карандаши, главное - вывести старшую.