Тело почти не болело, ладони в последний раз, когда их мазали заживляющим кремом совсем, не пекло, спать не хотелось. И я занялась тем, чем надо было заняться уже давно, если бы от слабости постоянно не проваливалась в сон – вспомнить… Не знаю моим ли именем меня называют, да и в самом деле не могла же я родиться в этом клятом лабиринте причём уже взрослой. Зажмурилась, чтобы сосредоточиться и изо всех сил постаралась вспомнить прошлое. Ничего не вышло, только голова разболелась, и в висках гулко загромыхало, еле слышно разочарованно выдохнула. Открыла глаза и тут же увидела за спиной Карима Рофа, с тревогой глядящего на меня. Улыбнулась и виновато пожала плечами, «прости» - беззвучно проговорила одними губами. Он быстро обернулся, пошуршал, чем-то едва слышно стукнул и обойдя кровать присел возле меня на колени, что б оказаться ближе.
- Вам не спиться, лания Талиша? - спросил еле слышно, - или что-то болит?
- Нет, - качнула головой, - пыталась вспомнить, хоть что ни будь, бесполезно, только голова разболелась, - вздохнула огорчённо.
- А зачем вам это понадобилось? – парень действительно недоумевал.
- Как зачем? Ну, чтобы не чувствовать себя новорожденным младенцем, наверное… - я задумалась, меня жутко угнетало отсутствие памяти, как парень не может этого понять?
- Лания, если вы оказались здесь по воле богини, и она не оставила вам воспоминаний, значит так надо. Просто примите её волю.
- И остаться беззащитной?
- А разве вам что-то угрожает? – улыбнулся Роф, - думаю теперь вы находитесь под защитой главы одной из самых сильных ветвей. Лан Карим сумеет вас защитить от всего на свете, поверьте.
Роф говорил с такой уверенной гордостью словно был счастлив служить именно этому лану, а не являлся его рабом. Я несколько секунд смотрела на парня, может он прав и стоит всего лишь довериться странному сильному мужчине, что лежит сейчас рядом. Но всё же… так хотелось вспомнить себя, своё прошлое…
- Роф расскажи мне о богине и о том месте, где я оказалась по её воле.
И парень принялся рассказывать о том, как из ничего появилась земля и небо, повинуясь кисти Светлоокой Марании, что не жалела красок создавая на холсте мир Эдрина. Как нарисовала большое ветвистое дерево что корнями уходило вглубь земли, а ветвями подпирало небо. А потом подумав поранила средний палец на руке и уронила на ветви этого дерева несколько капель своей крови, и там, где упали эти капли появились первые эдранильци и назвали Маранию своей матерью. Богиня так расчувствовалась, что не удержал слёз умиления, которые упав на землю и воду создали животных и птиц и рыб. И жили все созданные богиней и люди и животные много столетий, постепенно заселяя мир. Но в какой-то момент с неба упал на мир Эдрина огромный горящий камень и много тогда погибло детей богини. Она поняла, что кто-то из богов другого мира позавидовал благоденствию того мира, что создала Марания, и решила она защитить свой мир, поставив купол над ним, что б никто не мог навредить жителям этого мира. Только вот оказалось, что купол не пропускал мольбы и просьбы тех, кого защищал. И вот посреди моря вырос остров, в его чреве огромный лабиринт, а в центре этого лабиринта у ног изваяния богини-матери возникла чаша, наполненная слезами светлоокой Марании. И достойный эдранилец теперь может молить там о чуде богиню, испив несколько капель слёз светлоокой, и она услышит его. Но не чистый душой или не эдранилец не сможет пройти по коридорам лабиринта к этой чаше и вернуться обратно. А самые сильные, и любимые дети никогда не плутают в священном лабиринте.
Я слушала с замиранием сердца старую легенду о создании мира Эдрина. А потом внезапно вспомнила слова Карима, там в лабиринте «Здесь только слёзы Марании» и горько-солёный вкус воды что пила потом.
- А что будет с человеком, таким как мы с тобой если он попробует выпить из чаши? – спросила совсем тихо.
- На этот остров не должен ступать ни один раб, это карается смертью ему и его хозяину, да никто и не смог бы пройти в центр лабиринта. А слёзы Марании для людей смертельны, - парень посмотрел на меня и улыбнулся, -но ведь это она сама привела вас туда и испив из священной чаши вы не умерли.
- Да, - вздохнула ему в ответ, - только для чего не понятно, я ничего не помню, хоть бы на минуту вернуться туда откуда меня привели.
Роф тепло посмотрел на меня поднялся налил в кружку воды капнул туда что-то из склянки, стоявшей рядом, и помог выпить: