Стоящий у кровати темный маг любовался ей, будто Элира была самым ценным из его сокровищ. Она была красива той особенной неяркой красотой, которая не поражала в самое сердце с первого взгляда, а медленно пленяла его своей тонкостью, изысканностью и легкостью. Мужчина осторожно сел на кровать, бережно коснулся ее щеки кончиками пальцев, убрал с лица растрепавшиеся пряди густых волос. Затем положил на лоб горячую ладонь и произнёс заклинание, погружаю Элиру в глубокий магический сон.
– Не бойся, девочка, – прошептал Проклятый, зная, что его никто не услышат, – я никому не позволю причинить тебе вред.
Он проткнул свой палец острым когтем и аккуратно начертил на груди спящей витиеватые кровавые руны. Древняя кровь с легким сиянием впиталась в тонкую кожу. Это была магия, неподвластная людям, призванная сберечь самое дорогое, защитить, сохранить.
Завершив свой ритуал, мужчина наклонился к лицу девушки, вдыхая неуловимый аромат мелиссы и сирени, коснулся невесомым поцелуем полураскрытых губ, а потом развернулся и вышел прочь.
*
А на следующий день вся моя бравада куда-то испарилась. С самого утра меня смутно беспокоило какое-то нехорошее предчувствие. Сразу вспомнился лелеющий свои коварные замыслы Ангус Грэнд, да и от Рика я не знала, что ожидать. И мне совсем расхотелось покидать тот оплот надежности и спокойствия, каким для меня за эти несколько месяцев стала обитель Проклятого мага.
В попытках избавиться от навязчивого чувства, я целый день слонялась по замку, не зная чем себя занять. Рэммиран опять куда-то отлучился, а Филь говорил, что я просто себя накручиваю. Может, так оно и было.
А к вечеру у себя в комнате я нашла обещанное платье. Сняв портновский чехол, я восторженно ахнула. Длинная струящаяся юбка из плотного шелка цвета бледного золота была расшита по подолу тонкими нитями. Такой же изящный узор украшал облегающий корсаж и широкие бретели. Сдержанно роскошное, без лишних броских деталей, оно было действительно достойно королевского приема. Переодевшись, я уложила волосы в простую прическу и сделала неяркий макияж. Осталось только дождаться моего спутника.
За спиной тихо скрипнула дверь и я развернулась, чтобы наткнуться на горящий восхищением взгляд мужчины. Он обласкал меня с ног до головы, обжег своим жаром, а затем исчез под маской холодного спокойствия. Я улыбнулась и выпрямила спину. И как так у него получилось одним лишь взглядом, без всяких громких комплиментов, заставить ощутить себя самой красивой девушкой королевства.
Рэммиран медленно обошел меня сзади и остановился за спиной.
– У меня кое-что есть для тебя, – негромко произнес он. – Я ведь обещал подарок.
Маг достал из кармана замшевый мешочек и раскрыл его.
– Мой камень, – ахнула я восторженно, глядя на кулон, который мужчина застегнул на моей шее.
И это, несомненно, было произведение искусства. Он почти не тронул неправильную форму топаза, лишь отшлифовал его грани, придав им удивительную чистоту и глубину. Словно маленький кусочек прозрачного северного неба был заключен в объятия изящного дракона, сплетенного из белого золота. Выполненный настолько тонко, что казался невесомым, он обхватывал камень своими крыльями, которые были украшены крошечными бриллиантовыми искорками. Настоящее чудо.
– Просто невероятно, – благоговейно прошептала я, любуясь бликами на гранях камня. – Не могу выразить, как я тебе благодарна.
– Пусть он напоминает тебе обо мне, – отозвался Рэммиран, и в его голосе мне послышалась странная обреченность.
– Я… – горло сжал спазм, и все подходящие слова разом будто разбежались.
Рэммиран легонько погладил меня пальцами по обнаженному предплечью, успокаивая.
– Спасибо, – просто сказала я и накрыла кулон ладонью. Он вдруг отозвался на мое прикосновение приятным теплом.
– Это оберег, я вложил туда чары, призванные хранить и защищать хозяйку, – тихо пояснил маг, касаясь губами моего виска, – тебе же не нужны никакие украшения, чтобы блистать.
Я взглянула в большое зеркало, которое специально для меня притащил откуда-то Филь. Рядом с темной фигурой мужчины я походила на хрупкую статуэтку, которую можно было разбить одним движением руки. А он стоял за моей спиной, сильный, надежный, способный оградить от любой напасти.