Если бы у меня была шляпа в тот момент, то я бы её снял. Но не за классную речь, а за то, что он заставил обыкновенных людей думать. Я видел собственными глазами, как у них зашевелились мозги. Самые ушлые уже мечтали о том, как они смогут стать сержантами и потом прыгнут в лейтенанты. Впоследствии они будут вкалывать больше других только ради того, чтобы стать уважаемыми людьми, которые могут управляют другими. Что тут сказать, людям необходимы стимулы и соревнования, и если есть что-то, что может конкурировать с деньгами и роскошью, то это власть. На мой взгляд неплохой заменитель.
Глава 16. Трус, балбес и бывалый
Вы будете смеяться, но нас с Ларри и Крюгером пихнули в одно отделение! Когда мы стали возмущаться, почему трёх кандидатов в сержанты свалили в одну кучу, то получили честный ответ: «Вы три разных идеологических полюса — нигилист, приспособленец и волюнтарист-реваншист, три яркие личности, вокруг которых могут кристаллизоваться остальные, если вас поместить в разные отделения, то они начнут враждовать между собой, и чтобы не расколоть взвод и роту, вас нужно взаимно погасить». Хотя сильно позже я узнал, что это была только часть правды, хитрые повстанцы распределили лидеров общественного мнения по отделениям таким образом, чтобы на публике выясняли отношения только представители левых взглядов, чтобы внимание людей было приковано к идеям как организовать прямую низовую демократию. А вот всяких любителей анархии, фашистского сапога, расизма, религиозного шовинизма и прочих опасных вещей плотно поместили в одни и те же группы.
Но да ладно, не буду жаловаться на свою участь, в целом получилась прикольная штука. После идеологической зарядки от Лейна нас отвели на первые учения, показали как пользоваться местным стрелковым оружием и провели с нами первые «манёвры» на поверхности острова. Что тут сказать, толпа это просто удивительный организм — инструктора дают чёткие, однозначные и простые приказы, разжёвывают всё по три раза, но всё равно случаются ошибки. Помните выражение: «Кто в армии служил, тот в цирке не смеётся?», на самом деле в этом нет ничего смешного, в теории армия требует максимальной ответственности и серьёзности, а та клоунада, что выходит по итогу, лишь показывает, насколько несовершенен человеческий вид (без обид парни, я сам уже давно очеловечился, так что не считайте это за межпланетный расизм).
И вот после многих часов тренировок, мы наконец дожили до самого главного момента. А самое важное, естественно, случается тогда, когда уставшие солдаты садятся в месте в столовой и разговаривают друг с другом. В этих беседах и начинается та самая великая самоорганизация. Как нам посоветовали/приказали, мы кучковались по отделениям, чтобы как можно быстрее притереться друг к другу. И вот, ровно десять человек нашего отделения сели за стол, рядом находились такие же новобранцы как и мы, целая рота в сумме. Наша троица, то есть я-Ларри-Натан, держалась лучше остальных и отличалась большей экстравертностью, пока остальные за столом просто ели и приходили в себя, я начал разговор с Ларри.
— Ларри, ты там как, жив?
— Нет, блин, полумёртв! Ясно дело, что жив, — буркнул он, поедая гречневую кашу с консервами, — и не называй меня Ларри, раньше меня все звали Лоренс.
— Аравийский? Нет, это для тебя слишком круто, партия сказала, что ты Ларри, значит будешь Ларри.
— А ты сам то кто?
— Аферист-авантюрист Эдмон Пикман. Для краткости можешь называть Эд.
— Ты чё француз?
— Только когда нужно отступать. Слушай, а тебя тоже заставили пройти испытания с ящерами?
— Агу. Сказали, что сомневаются во мне и отправили в погреб. Я им такого жару устроил! Как кончились патроны стал резать всех ножом, просто порвал их в клочья, повстанцам даже пришлось разнимать нас.
— А когда ты понял, что они безобидные?
— В каком это смысле безобидные? — Ларри остановил приём пищи и выпучил глаза.
— У них когти и зубы резиновые. Они тебе ничего сделать не могли.
— Ой, теперь понятно, почему повстанцы так ржали... А я блин увлёкся и не заметил, месил их и месил, пока повстанцам не надоело ждать. Я ещё думал, почему так хорошо получается.
— Ну, я честно говоря, тоже попался на эту уловку и израсходовал на них весь боезапас. А ты, Натан? — я переключился на Натаниэля Крюгера, сидящего по правую сторону от меня. — А ты как с ними справился? Одной левой?