упыри совершили разведку боем, использовали своих новобранцев против наших, кое-где мы дали им по зубам и отбросили назад. Кое-где они добрались до ополченцев и устроили кровавую баню. Я при этом делал вид, что являюсь сторонним наблюдателем и грызня между упырями и повстанцами меня не касается. В целом упыри смотрели на мои действия с осторожным оптимизмом, их радовал мой успех, но они считали, что я слишком спешу, что нужно было растянуть удовольствие и продавать товар малыми порциями как побеждающей, так и проигрывающей стороне.
В общем, жизнь кипела. От малоинтенсивных боевых действий и круговых «качелей», мы перешли к чему-то серьёзному, что походило на большую войну. Стоит заметить, что на самом деле бандиты в принципе не могли овладеть всем Тартаром — каждый главарь думал, что если он захватит вражеский замок, то расширит свою территорию и ресурсную базу, но как только в новой крепости появлялся свой гарнизон и комендант, то начинались центробежные силы. В итоге банда вначале действительно расширялась и усиливалась, а потом распадалась на части. Драксы смогли решить эту проблему, но только частично, чем дальше жил барон от князя, тем больше он проявлял самостоятельности, даже близкие родственники сражались за власть и ресурсы между собой.
В нашей настольной игре приближался второй ход. В скором времени стервятники должны были заклевать крыс, а гиены догрызть мародёров. До того, как они поставят точку, я должен был стравить оставшихся игроков таким образом, чтобы никто из них заметно не усилился. Но наши позиции диктовали условия. Я просто физически не мог направить стервятников против гиен — они были слишком далеко друг от друга.
Поэтому мне пришлось ускорить события, и я позвал своего протеже, Дэмиана Дракса, для последнего разговора. К счастью, в тот момент я уже стал авторитетным человеком в Тартаре и ко мне в лавку на Гранд-Вилладж мог прийти кто угодно. Я даже сделал табличку как у Рассела: «Нейтральная территория», что бы это не значило.
Я закрыл «кабинет» за Дэмианом, опустил ставни и предложил присесть (Уилсон, который должен был за мной приглядывать, в этот момент находился в штабе на важном совещании). Он как обычно отказался, тогда я предложил разбавить беседу спиртным, но он опять ответил нет. Судя по бегающим глазкам, Дэмиан хотел только одного — он крепко подсел на «мет». Я был вынужден дать ему своё «лекарство», чтобы он очухался и смог вести содержательную беседу. Наконец мы присели за стол, пока Дэмиан находился на пике хорошего настроения я выдал суть.
— Я хочу устроить ещё одну встречу с князем.
— Хоти дальше.
— Я серьёзно, эта вещь, которая обязательно должна случиться.
— Тебе ясно сказали, что связь с ним через меня.
— Естественно, через тебя! Но ведь случаются и исключительные обстоятельства, не так ли?
— Например?
— Например бабы. Красивые, чистенькие, умненькие бабы. Я знаю, что князь любит новенькое, а тут как раз сюрприз.
— Так! Только не говори мне, что ты откопал бордель Рассела. Грязное крестьянское отребье нас не интересует, мы рассматриваем только пришедших сверху и породистых.
— Вот и славно. Понимаешь, мои друзья гиены... — парень оборвал меня на полуслове.
— Друзья?! У тебя?!
— Мои торговые партнёры гиены захватили личные дома мародёров. И мне удалось поживиться, я забрал пленных. Это сёстры двух главарей.
— О. Занятный поворот. А знаешь, это звучит довольно неплохо. Князь может показательно сделать их своими наложницами, попробовать их, а потом отправить работать прислугой.
— Ну я так и подумал. Значит идея зачёт?
— Не очень. Но я или виконт Джарвис можем их принять.
— Я хочу продать их лично князю.
— Зачем?
— Как это зачем? Это же субъективный товар! Его ценность не определена заранее. Для Джарвиса они вообще могут ничего не стоить, а вот князю могут приглянуться. Ради них, он может и поторговаться.