Большеусый опять не удержался.
— Как это допустили сотрудники исправительных учреждений, куда они смотрели!?
Марат горько усмехнулся:
— Туда же, куда и офицеры Советской Армии, про которых давеча говорил… У башкир есть поговорка — если начал накапливаться гной, рано или поздно лопнет нарывом. Тотальный блатной менталитет, то есть потакательство распространению психологии преступников ой как сильно аукнулось потом всему населению. Как чуток ослабло государства, такое зверье начало лезть из всех углов и щелей, всем тошно стало. Дядя такие вещи рассказывал про 90-ые, в фильмах-«ужастиках» не увидишь. Вплоть до демонстративного каннибализма, только для того, чтобы показать окружающим свою «крутость». Про «оборотней в погонах», массовую уличную преступность, повальную коррупцию и не говорю. Я даже так и не смог прийти к определенному мнению, что первично, что вторично — реставрация капитализма или криминальная революция. Два брата-молодца, одинаковы с лица. Хорошо, хоть сейчас все более-менее устаканилось. Как говорит мой отец, большинство беспредельщиков позднесоветской закваски перестреляли и передавили друг дружку. Не могут бешеные псы ужиться в одной конуре.
— Странные вещи говоришь, странными словами. Знаешь, не будем тратить время попусту, слишком много чести для криминального элемента. Я все это обдумаю и постараюсь не допустить. Это же так просто! Мне приходилось работать с подобной публикой.
Снисходительная ухмылка Большеусого не оставляла места для сомнений: криминальная проблема — вопрос для государственной машины легко решаемый, было бы желание.
— Мне кажется, мы больше не встретимся. Ты, хороший человек, правильный. Прежние попрыгунчики во времени пришли к нам, потому что им некуда было деться, их миры стояли на грани уничтожения. В твоей реальности все сравнительно хорошо, но ты не стал пользоваться сверхвозможностями для личного обогащения. Даже не подумал про это. Захотел уберечь нас от роковых ошибок и просчетов. Что тебя побудило?
Засопел Марат, все ему казалось настолько само собой разумеющимся, что впервые задумался о собственной мотивации.
— Наверное, инстинкт самосохранения. Страх за будущее своих детей. Уже говорил, капитализм все больше и больше загоняет все человечество в тупик. Вот в наше время и главного идеологического конкурента устранили, а все равно, экономические кризисы следуют один за другим, войны там всякие, терроризм и разврат, нищета большинства населения планеты… Тревожно у меня на душе! И обидно… Получается зря мой прадед погиб на войне, зря дедушки и бабушки надрывались на строительстве новой жизни. Голодные, в рванье, но счастливые — дескать, зато дети и внуки будут жить — ого-го, мы за это заплатили с лихвой. Когда смотрю старые семейные фотографии, сердце обливается кровью. Будто сам виноват, что не сбылись их надежды. Я же из тюркских народов — предки и род для меня святое.
Большеусый не унимался, все гнул свою линию:
— То есть сама идея социализма-коммунизма представляется тебе правильной? И где почерпнул такие знания, ведь, как я прикинул, ты вступил во взрослую жизнь уже после реставрации капитализма?
— Я в истфаке отучился. Довелось ознакомиться с учебниками истмата и политэкономии. Сперва для подготовки курсовой работы, потом и самому стало интересно. Местами наивно написано, а по сути — все так и есть. Многое, так или иначе, воплощается ныне в странах Запада, нам же подсунули дикий колониальный капитализм образца 19 века. Многое у вас правильно написано. Одна беда, как говорит мой отец, большинство положений оставалось только на бумаге.
— И что еще говорит твой отец?
— Да много всего умного…
— Конкретно про причины развала СССР?
— Предательство зажравшейся бюрократии и полное поражение на идеологическом фронте.
— Давай-ка подробнее еще раз про идеологию, это очень важно.
— Ложь и двойные стандарты. Скорее всего, это одно и то же. Короче, рыба гниет с головы. Начальнички призывали всех к сознательности, а их домочадцы и челядь жрали в три горла, преклонялись перед Западом, при этом презирали весь остальной народ. И не скрывали даже! Кстати, то же самое наблюдается и в мое время, еще более масштабно и вызывающе. История учит только тому, что ничему не учит!
— Извини, мне больше интересен Советский Союз. Что еще говорит твой отец про причины идеологического поражения?
— Засилье старперов…
— Кого, кого?
— Простите, это не очень приличное слово из моего времени. В смысле, идеологией заправлял очень старый человек, Суслов его фамилия. В силу своего возраста уже не мог адекватно воспринимать меняющийся мир, жил прошлым и подчиненных набрал под стать себе — или откровенных дебилов, или циничных карьеристов. Отец говорит — экономические ошибки можно исправить, идеологические просчеты — всегда катастрофа.