— И кто у нас товарищ Сафин?
Памятуя о якобы длительной шпионской командировке визави, не стала возмущаться. Терпеливо разъяснила. Ирек Сафин — Герой Советского Союза, наш земляк. Был командирован на помощь китайским товарищам в войне против японских оккупантов. Командовал сводной интернациональной бригадой имени А. Кутузова. Вот как раз его героизму посвящена танцевальная композиция «Последний бой капитана Сафина», с которой выступят ныне ее ученики. Собственно говоря, именно из-за этого дебюта они так спешит на Майдан. А слово «последний», как оказалось, не в жизни, в военной карьере. Товарищ тогда Сафин выжил чудом, сильно покалечился и позже стал… первым коммунистом-суфием. Ордена Накшбандия. Чудны дела твои, Господи!
— А что у нас такое Майда… Алия! Смотри, фрегат! — завидев краем глаза на глади озера парусник, Марат сперва подумал — мерещится. Как морская красавица могла забрести на Уральские горы? Присмотрелся — точно корабль, большой, настоящий. Взрослый вроде мужик, отец, учитель, а еще и прогрессор на инспекторской проверке, только и сам не заметил, как его всецело накрыла волна мальчишеского ликования.
— Фрегат! Фрегат с командой на озере!
В детстве разрывался между мечтой жить у моря, стоять с трубкой во рту у штурвала хоть самого завалященького кораблика и… и почти маниакальной привязанностью к родным местам. Где морей и кораблей не наблюдается последние пару миллионов лет. Вот и накрыло восторгом чуда свершения невозможного. А Алия явно не страдала раздвоением личности. И тягой к маринизмам. Насмешливо протянула.
— Да какой это фрегат? Простенькая бригантина викторианской эпохи. При постройке историческая достоверность грубо проигнорирована, так, подделка под старину. Ты сам подумай — аварийный дизельный двигатель на корабле, когда и паровых машин не было! И еще конференц-зал для пассажиров. Представляю, сколько денег капает в кассу клуба от продажи билетов!
Спутница не отходя от кассы выдала всю подоплеку своего негативного отношения к красавице с белоснежными парусами. Позапрошлым летом разгорелась нешуточная баталия между двумя гигантами исторической реконструкции — объединениями «Северный амур» и «Урал-батыр»: каждый претендовал на грант, выделяемый общественным организациям раз в три года. Предложенный горкомом ВЛКСМ вариант (разделить поровну) был решительно отвергнут обеими сторонами. Все бы ничего, да только младшие группы обеих объединений восприняли все слишком всерьез — в тайне от взрослых и пионеров устроили меж собой массовую драку. Скучно им показалось сидеть на публичных дискуссиях и подсчитывать те же вездесущие СИ. Потери, в принципе, были небольшими — пара раскровененных сопаток и ссадины на коленках, которые и безо всяких баталий не могли похвастаться целостностью кожи. Но по соображениям того же принципа незамедлительно последовала волна репрессий: зачинщикам отсрочили время вступления в ряды октябрят, всем руководителям объединений влепили по выговору — за упущения в воспитательной работе. А главное — весь грант, все 100 тысяч рублей, подкрепленных лимитами, вручили малочисленному морскому клубу «Дети капитана Гранта». В назидание к спорщикам и драчунам. Те поначалу не могли поверить своему счастью, потом быстро сориентировались, пригласили корабела из Ленинграда. И на бригантину хватило, и на причал, и даже на строительство исторически совершенно недостоверного форта, где обитали в летнее время всей оравой. «Форт, наверное, на островке — его с этой стороны со всем не видно», — прикинул Марат, вполуха прислушиваясь к возмущенной скороговорке Алии. А вот бригантина, по мере приближения трамвая к берегу, предстала во всем великолепие. Красавица!
— …после таких приобретений детей, в том числе уже и бородатых, у Гранта стало намного-намного больше. Представляешь, даже с нашего «Урал-батыра» два десятка членов ушли!
Да, Марат помнил: в одном из журналов, что принес Большеусому, была статья про исторические реконструкции. Но и помыслить не мог, что это повлечет такие уж последствия. Не перенял СССР игры взрослых мальчиков его времени и реальности, в приглянувшуюся форму щедро плеснули новое содержание. Кроме самих реконструкций, подразумевающих воссоздание событий былых времен, органично вплелись туризм, пеший, конный, автомобильный и спорт. Вот именно спорта стало заметно больше: стрельба из всего, начиная с луков со стрелами да фитильных ружей до вневременных АК, фехтование и прочие единоборства в историческом антураже, конные скачки, плавание под парусами и без оного, много еще чего.
…всякое случается в любой семье. Вся разница нормальных и плохих семей — как все это интерпретируется в последующем. Любящий отец ни за что не будет рассказывать невестке, что его муж стырил из кошелька бабушки 100 рублей, хуже того — попытался свалить вину на несмышленую сестренку. Путевый сын, в свою очередь, просто забудет, как отец устроил дикий скандал и чуть не ушел из семьи, совершенно беспочвенно приревновав маму к ее начальнику. Трижды прав народный поэт Башкортостана (в обоих реальностях!) и просто мудрый человек Мустай Карим: память человека имеет ограниченный объем, если хранить в нем все плохие воспоминания, для хороших просто не останется места — даже если их несоизмеримо больше. Всякое случалось и между народами России, СССР. Прямого запрета не было, но на реконструкцию отдельных исторических событий было наложено негласное табу. Как в нормальных семьях между любящими друг друга людьми.