-- Сыч… Саша… - вышло хрипло, словно курил все эти годы, стало стыдно и я прочистил горло. – Саша.
Я уж было разочаровался, что обознался и принял незнакомку за мою давнюю подругу, если бы не резко зажегшийся огонёк в глазах, убедивший меня в одном: узнала. Она меня узнала!
- Антон!
Сердце, едва восстановившее свой ритм, снова сбилось, и понеслось все по-новой. Я обнимал эту женщину с такой нежностью, с такими чувствами, которые никогда не испытывал. Я готов был плакать, смеяться и истерить, кружить её по залу и целовать в щеки, прижимать и вдыхать аромат юности и осени, той самой первой осени, когда судьба окончательно и бесповоротно решила за нас двоих, какими деталями в одном слаженном механизме мы будем.
Конец