Войны будут, пока хоть один человек сможет зарабатывать на них.
На этом я решил, что хватит общаться с беглецами, и так немало информации выдал. Дальше сами. Пусть принимают решение самостоятельно. Сняв свой мотоцикл, мне два командира помогли, остальные ранцы со съестным потрошили и вооружались, я поставил его на подножку и перед расставанием ещё чуть усилил отряд. Одному из командиров отдал свой ППД и вещмешок, подсумки с запасными магазинами к автомату не забыл, при себе только пистолет оставил, в карман убрал. Гранат два десятка, они разошлись по рукам. Ну и особисту отдал один из наганов с глушителем и отсыпал патронов. Тот с этим оружием неплохо знаком был, остался доволен. Можно часовых тихо снимать с расстояния, а не ножом, подкрадываясь. Тесаков им тоже перепало, пару финок от меня и штыки от карабинов. Ещё я карту выдал местных территорий, фонариком подсветив и указав, где мы находимся. Компас, фонарик тоже отдал, надеюсь, не заблудятся. Если к аэродрому направятся, конечно.
После этого простился и уже реально на максимально возможной и безопасной скорости поехал к Кракову. Мне ещё языка брать, а до рассвета всего ничего.
Проснулся я в четыре часа. Что-то рано в этот раз вскочил. Думаю, просто выспался, сколько мне нужно. К Кракову я поспел затемно, но это единственное, что сделал, как рассвело, и не до языка стало, так что устроился на днёвку, и вот результат – только что проснулся.
Я уже закупил в магазине всё необходимое: вещмешок, припасы, остальное снаряжение, новенькую бритву. Автомат купил, гранат и лески для растяжек, поясной ремень с кобурой и даже плащ-палатку. Всё старое у беглецов осталось, на моей плащ-палатке теперь раненого переносить будут. Хотя в мотоцикле вроде ещё два тюка таких имеется. До краковского аэродрома им сорок километров топать, но ждать я их не стану, посещу его на своих танках сегодня. Хотя тут тоже всё зависит от того, что язык наплетёт, я планировал взять его из служащих того же аэродрома. Вот только как это сделать незаметно в светлое время?
Завтрак в этот раз я готовил на примусе – костёр разводить опасался, чтобы дымом кого-нибудь не привлечь.
Осмотревшись с помощью тактической карты, я аж замер от удивления. Всего в паре километров от меня горело пять зелёных точек. Одна мерцала, явно раненый, а другая была отмечена как особист Суслов. Когда кто-нибудь из своих мне представляется, его отметка на карте сразу получает имя. Тут так же было. Выходит, беглецы решили, что шанс, который я им предложил, куда лучше самостоятельного перехода к своим. А может, они разделились на две группы и добровольцы с раненым приехали сюда на мотоцикле, тогда количество совпадает, остальные, наверное, к Бугу пошли. Или следом за мотоциклом, раз я сказал, что все улетят, сколько бы ни было. Подивившись, как они так быстро смогли добраться до этих мест – я сам едва успел до рассвета, ещё время ушло обустроить ночёвку в паре километров от аэродрома, а беглецы уже тут. Похоже, они захватили часть светового дня. Как только местным на глаза не попались? Поляки бы их вмиг сдали своим хозяевам. Может, переоделись? А что, плащи немецкие есть, каски и оружие, внаглую проехали… Да нет, их пятеро, предположим, одного в коляске скрыли, раненого, как ещё двоих перевозили? Похоже, просто удача была на их стороне. Ну, раз дал обещание, придётся выполнять. На этом аэродроме я так и так планировал побывать, так что не страшно, выполним и это. Главное, чтобы тут имелись самолёты. Мало ли разлетятся по служебным надобностям, или ещё что. Не хотелось бы подводить беглецов, раз на меня так понадеялись. Да и воздухом им действительно быстрее добраться до наших, чем землёй, и опасностей меньше, если так посмотреть. Опыт группы Гаврилова это подтверждает.
Надев немецкое кепи вместо шлемофона, я отправился к аэродрому. В принципе, комбинезон обезличен, у немецких техников синие бывают. В общем, кроме кепи, больше ничего из элементов немецкой формы при мне не было. Шлемофон в немецкий ранец убрал. Мотоциклетные очки опустил на глаза.
Я проехал мимо поворота на аэродром, поглядывая в ту сторону, но пока никого там не увидел. Съехал с дороги в овражек и стал ожидать, по дороге к городу кто-нибудь да проедет. Второй наган с глушителем при мне, так что взять языка, я думаю, проблем не составит. И часа не прошло, как карта показала легковушку, полную людей, едущую со стороны аэродрома. Как и ожидалось, покатили в город. Я вернулся на дорогу и, поставив мотоцикл на подножку, стал в нём копаться, как будто провожу мелкий ремонт, а сам был наготове. Когда машина подъехала, резко встал, в одной руке ТТ для подстраховки, шуметь я не хотел, а во второй наган. Именно из него я и выстрелил по водителю. Попал точно куда целился – в грудь. Потом досталось пассажиру рядом с водителем. Ну и других пассажиров нашпиговал свинцом, пока патроны в барабане не закончились. Машина замедлялась, дёргаясь на ходу. Мне нужен язык, пусть раненый, но главное, чтобы говорить мог, так что его физическое состояние не важно. Ну и машина целая, на ней тела и спрячу, чтобы на аэродроме не скоро всполошились.