***
Марс все еще не мог ответить себе почему не сбежал сразу, как только все семейство Золто и их служанка скрылись в доме еще в первый день его «плена». Ограничитель не работал, Лис явно не собирался останавливать его побег, а в угрозу «рассказать о нем всем» — он не верил. Можно было спокойно идти на все четыре стороны по своим делам. Да вот только свои дела внезапно показались какими-то не особо важными. Нет, конечно, обелить себя и свою репутацию, вернуть имущество и положение — важно. Но он так устал за эти две недели, что был в бегах. Да к тому же ему давно не было так весело, как рядом с этими людьми. И он остался.
Кормили вкусно, спать тепло, полная свобода передвижений, а леди Элейн, с которой он от неожиданности знакомства сразу же перешел на «ты», забавно возмущалась и огрызалась на каждую его подначку. К тому же с ней явно что-то было не так, но он не мог понять что именно. И его это беспокоило.
Все стало проясняться, когда он случайно подслушал ее разговор с самой собой. То, что было ей неизвестно, знал каждый ребенок, но Леди Элейн словно впервые слышала обо всем этом. О Близнецах, о даре Магии, о правилах наследования.
Потом подсказали дети, заметив в их очередной беседе, что мама после «того-самого-случая» сильно изменилась. Что за случай, не объяснили, но Марс догадался, что Элейн как минимум ударилась головой, а как максимум вообще могло произойти, что угодно.
После их первого нормального разговора все окончательно встало на свои места. Смерть, вообще, вносит свои коррективы во все. Так почему бы и не в память. Марс слышал о случаях амнезии после травмы, магического вмешательства или эмоционального потрясения. Правда обычно человек забывал личное, но помнил факты о мире, законах и прочим. Но опять же, Макс не строил иллюзий по поводы своей эрудиции, просто невозможно знать абсолютно все, так что такие случаи, как у Элейн наверняка были и раньше, просто Марс о них не слышал. Да и не удивительно, все-таки он не целитель, а это именно по их части.
Но вот в чем он точно был уверен так это в том, что магия рода принимает Элейн, такого ярко-выраженного цвета уже давно не встречалось у наследников Великих Семей. В Совете это произведет фурор.
Когда он сказал ей про Совет, и что она сможет ему помочь, то сам удивился, как не подумал об этом раньше. Он сказал просто, чтобы ее успокоить так как и сам не знал ответ на ее вопрос: «почему ты остался и хочешь помочь». И только вариант с Советом успокоил девушку. Да и самому Марсу пришлось такое объяснение по душе. Все таки куда легче, когда оказывается, что ты не просто так притворялся пленником, а с какой-то логичной целью.
А что может быть логичнее выгоды?
Вот только это не объясняло, почему он с удовольствием тренировался с детьми, почему, глядя на Элейн, так и хотелось ее подразнить, чтобы она возмутилась, почему шишку, которую она в него кинула, он спрятал в карман, почему послушно потрошил рыбу и почему так не хотелось отпускать ее в город в компании какого-то Алия. С другой стороны, если подумать, все это можно было объяснить и худо-бедно приплести к «я помогаю тебе, чтобы потом ты помогла мне», кроме, пожалуй, шишки.
Элейн уже отошла от дома Мироны, и Марс собирался отправиться за ней, когда вдруг старушка ухватила его за локоть, сунула в руки еще теплую булку и еле слышно сказала:
— Береги ее! Она наша надежда!
И Марс кивнул, прекрасно понимая, что догадливая бабушка не булку имела в виду.
Глава двенадцатая, в которой у меня есть четкий список дел и покупок, но в конце все идет не по плану (1)
— А я считаю, что это не логично! — бубнил над ухом Марс, пока я солила рыжики.
— Тебе надо подумать еще раз, — не успокаивался он, когда меня стригла Рима.
Но стоит отметить, что держался на расстоянии. Рима все еще ему не доверяла и дергалась каждый раз, когда он приближался, а тут у нее в руках ножницы. Вот есть же у него инстинкт самосохранения, когда надо, так почему же меня достает?!
— Тебе опасно появляться в городе одной! — это он убеждал меня в перерывах между тренировками с мальчишками.
— Ты должна взять кого-то, кто сможет тебя защитить. А это или я, или Лис, но Золотая Лисица привлечет слишком много внимания! — перегородил он мне путь в очередной раз уже на следующий день после нашей поездки в деревню.