Начали мы со столовой, честно говоря, я всегда мечтала о таких больших окнах в доме, но жизнь сложилась так, что я не успела обзавестись полноценным домом, а в старой квартире окна на всю комнату от пола до потолка были дорогим и не очень нужным удовольствием. Зачем такие окна если вид из них открывался на бетонный забор и дорогу. Но здесь другое дело, здесь за окнами зелень и сад, и мне казалось, что, пообедав в комнате с таким видом, я словно до конца осознаю, что попала в другой мир и вообще все теперь будет по другому. Поэтому начали мы именно со столовой. А точнее с окон. Вот и стремянка пригодилась.
У меня были тряпки, ведра и банка с мыльным раствором. Не было ни газет, ни современных тряпочек из микрофибры, ни крутой жидкости для стекл, ни даже уксуса. Но я смутно помнила, что для натирания окон можно использовать черный чай. В любом случае даже если не получится помыть так, чтобы не осталось разводов, это все равно лучше чем то, что сейчас.
Уже через минут сорок я поняла, что мечта о больших окнах таит в себе коварство — их же надо мыть! А они огромные. А они от пола до потолка. Да они как стена, только вот стены мыть легче чем стекло! Дети мне конечно помогали, терли что-то снизу, пока я балансировала на стремянке, подавали миску с водой и мыльным раствором, придерживали лестницу, после того как сами же ее случайно толкали. И все мы становились все грязнее, пока окна становились все чище.
Кажется, в совсем запущенной гостиной с роялем тоже такие окна, в смысле такого же размера. Ну их! Рояль нам пока не нужен, так что ту комнату можно оставить напоследок, или на послезавтра.
Мы провозились пару часов, если не все три. Часов не было, по солнцу ориентироваться тоже невозможно — деревья и кустарники почти вплотную подступились к окнам. В любом случае, после первой секции, которую я сразу начала намывать мокрой тряпкой, разведя в результате много грязи, я пошла по другому пути — сухой стряхивала пыль и все остальное на пол, отогнав детей подальше, что впрочем не мешало им периодически попадать в облако пыли. А потом уже отмывала то что не отряхнулось. Бросить все как есть — не вариант, само оно не отмоется, а я уже решила для себя: Хочу есть и смотреть в эти чертова окна. Ну же! Еще чуть-чуть!
Стало значительно светлее, хотя снаружи окна все еще были заляпанные и грязные, но там их похоже хоть иногда омывал дождь, или еще какое местное явление. В любом случае, окна не открывались, так что я решила, что сегодня приведу в порядок столовую изнутри, а уже завтра атакую снаружи. Ну и потом натру окна с двух сторон заваркой, хуже не будет.
— Мама, ты прям как простолюдинка! — Рей чихнул и рассмеялся. — или даже хуже, грязная такая вся.
— На себя посмотри. — весело фыркнула я. — и вообще, в труде нет ничего постыдного, запомни это. Иногда надо как следует запачкаться, чтобы сделать себе же лучше. Но… сейчас мы тут все оставшееся уберем и быстро помоемся, есть такими грязными не сядем!
Сказала и тут же опомнилась, детям надо перекусить, да и сама я вымоталась. У нас там еще осталась картошка, но полноценно обедать в таком виде — кощунство, да и рано еще. А вот хлеб, огурцы, парочка яиц и чай — вполне тянут на второй завтрак. Рабочий.
— Но прежде чем продолжим, надо получить энергии! Так что всей толпой, Атер, Рей, мыть руки, умывать лица, а потом приходите на кухню!
— Ты же сказала, что мы такими грязными есть не сядем. — тут же поймал меня на слове Атер.
— Во-первых, вы помоете руки, значит будете уже чище чем есть, во-вторых, это не еда, это перекус, а в-третьих, будем жевать стоя! — не растерялась я.
Про третий пункт, я, конечно, пошутила, но мальчишкам эта идея понравилась. Пока я срезала с хлеба плесень, ее к счастью было мало, а сам хлеб остался твердым и не потерял своей структуры, нарезала огурцы и набирала воду для яиц, мальчишки успели отмыть руки и мордашки и начали крутиться под ногами, желая мне помочь. Рей, по моей просьбе снова поджег дрова, а потом помог Атеру ополоснуть тарелки и кружки оставшиеся после завтрака.
Поели мы прекрасно. После хорошей работы любая еда кажется супер вкусной, даже если это просто обжаренный хлеб на сухой сковородке, варенные яйца и огурцы. Я-то такие перекусы и просто так любила, без прелюдий в виде отмывания окон, но боялась, что дети заартачатся. Но нет. Мальчики довольно жевали, так и не присев, а я, нагло воспользовавшись тем, что я старше и, вообще, мама, а значит мне можно, сидела, пила чай и пыталась вспомнить полезно или нет питаться стоя. Кажется, мнения ученных и диетологов в моем мире на этот счет разделились.
Яиц я сварила сразу с запасом, и на полдник и на завтрак хватит, и даже показала детям на какой полке они лежат, чтобы если что они смогли перекусить в любой момент, как почувствуют голод. Нет, конечно, при этом я им строго настрого наказала — говорить мне если они хотят есть, спать или у них что-то болит, но все же мне было спокойнее от мысли, что хотя бы легкий перекус у них есть в свободном доступе. Мало ли.
Ну а дальше мы снова убирались, протирали сухой тряпочкой картины от пыли, мыли полы, сметали паутину. К обеду я была грязная и уставшая, но столовая радовала чистотой и даже каким-то уютом, словно в доме потеплело от того, что мы его начали убирать.
— Мыться, обедать, отдыхать! — распорядилась я, всучив детям полотенца из кладовки.
Атер и Рей с гиканьем унеслись. Вернее, это Рей унесся с гиканьем, а Атер на мой вопрос вдогонку не нужно ли им помочь с приведением себя в порядок, остановился, строго на меня посмотрел и сказал:
— Мы уже взрослые!
Взрослые так взрослые. Как минимум с магическими кристаллами точно умеют обращаться лучше меня. Так что я отправилась в комнату Элейн. Времени на то, чтобы рефлексировать не было, сейчас надо избавиться от окровавленной воды, помыться, переодеться и идти разогревать остатки картошки. Обо всем подумаю, когда детей отправлю спать. Дневной сон — хорошо и полезно. Так что в комнате я старалась даже ни на что не смотреть, вдруг это вызовет новый поток воспоминаний, а я еще от прошлого не отошла. В уборной, не глядя на воду, нажала на кристалл и, пока вода испарялась, подняла нож, протерла белой, все еще влажной ночнушкой лезвие от крови и, отметив, что рукоять оружия уж больно красивая, усыпанная каменьями, отнесла его в комнату, положив на бюро. Потом. Потом все рассмотрю.
Я еще несколько раз набирала и испаряла воду из ванны, и даже как следует потерла ее ночной рубашкой, намылив ту мылом. Тряпку я захватить не догадалась, а спускаться за ней было лень. И только после того, как посчитала, что теперь бадья чистая, разделась, стараясь не смотреться в зеркало, и как следует помылась. Волосы не стала даже мочить, они еще с прошлого моего купания как следует не просохли, и не удивительно, я еще утром скрутила их в невнятную, тугую косу, чтоб не мешались.