Ей опять приснился вещий сон, где она умирает проткнутая белым копьем.
Проснулась Марина, как ни странно, полная сил и посвежевшая ото сна. Солнце уже перевалило за полдень. Птицы пели. За дверью и за окном были слышны разговоры. Кто-то смеялся. Все мирно и обыденно. Будто и не было кошмара с чудовищем. "Интересно выжил ли Томас?" - вяло подумала Марина, нежась в постели и не желая вставать. В дверь постучали. Марина нехотя поднялась и села на кровати. Дверь открылась. Вошел один из новоприбывших в замок фон кто-то там. Увидев, что она села на кровати и даже свесила ноги, он улыбнулся ей.
- Рад что вы наконец выспались и нашли в себе силы встать. Вы спали трое суток.
Марина удивленно поймала его взгляд.
- Трое суток?! Не думала, что можно столько проспать не просыпаясь, - Марина немного опешила.
- Рад, что вы смогли заговорить. Когда вас нашли... - он осекся.
- Томас? - спросила Марина, опять поймав его взгляд. Томас вошел в ее комнату и замер, не дойдя до кровати пары шагов. Слезы брызнули из глаз Марины. Она порывисто побежала к Томасу и крепко обняла его. Он крякнул, но обнял ее прижимая к себе.
- Все хорошо. Теперь все хорошо, - повторял он ей чуть покачиваясь от силы ее чувств. Наконец Марина успокоилась. Ее провели до ванной комнаты, что было весьма кстати. От переживаний ноги почти не держали ее. После, вернувшись в свою комнату, она застала там Элейн. Та также плакала от избытка чувств. Обняв друг друга они сели на кровати. Марина прильнула к Элейн не в силах что-либо решать или говорить.
- ну-ну-ну, - говорила Элейн, гладя ее по волосам, и постепенно успокаивая - теперь все хорошо. Поговори со мной, милая. Как ты? Болит где-нибудь? Есть хочешь?
- Очень, - выдохнула Марина. - Очень хочу есть. Но слабость такая, боюсь я и пустую ложку не удержу.
- А вот и проверим, - сказал Томас - переодевайся и ждем тебя в комнате с камином. Как раз пообедаем.
Мужчины вышли. Успокоившаяся Марина еще раз порывисто обняла Элейн. Та улыбалась, вытирая то свои, то чужие слезы и не отпускала Марину из объятий. Марина еще раз прижалась к Элейн обнимая, после чего высвободилась и встала к сундуку-скамье, в котором лежала ее одежда.
- Я так испугалась, - сказала Элейн. - Такой ужас! Как будто мало на твою долю выпало страданий, еще и это.
Марина не отвечала, переодеваясь в чистое платье.
Слабость и расстроенные чувства внесли свои коррективы - переодевание и дорога до комнаты с камином заняли гораздо больше сил и времени нежели до происшествия. Но все же, опираясь на малознакомых мужчин-людей она дошла. Стол был празднично накрыт, присутствовало много народу. Элейн сопровождавшая Марину отпустила ее руку и отошла, чтобы сесть с другой стороны стола. Проводив ее взглядом, Марина как бы проснувшись отметила, что за столом две зоны - только люди и только эльфы. Тяжелая грусть, давившая на Марину с тех пор, как зодаки отказались ее принять, припечатала к стулу сильнее любой силы тяжести. Мужчины, сидящие рядом с Мариной, приветствовали ее, пытались ввести ее в диалог, но она смотрела только на стол и отвечала односложно. Марине приносили стаканы с широкими трубочками. Она послушно высасывала все пюре что ей приносили. Никаких живых эмоций, как и сил на них, у Марины уже не оставалось. После еды все присутствующие медленно перешли во внутренний двор. Там по-прежнему стояли скульптуры, скамейки и деревья в горшках. Устало плюхнувшись на ближайшую металлическую скамью, Марина опустила взгляд и прислушалась к окружающим ее беседам. Мужчины, уловив ее желание побыть наедине со своими мыслями, разошлись по группам, заводя светские беседы. Девушка ощутила, что за ней наблюдают и стоит ей хоть как-то намекнуть на желание поговорить к ней, тут же подойдут. Марина осмотрела группы мужчин. И здесь было четкое разделение - либо эльфы, либо люди. Случайно взгляд девушки остановился на Эдвине Шнапсе. Он стоял боком к ней и о чем-то беседовал с пришлыми эльфами, открыто улыбался и широко жестикулировал. "А у него приятная улыбка," - подумала Марина.
- Отличный выбор, - поддержал ее мысль Дон, присаживаясь рядом на скамью и вручая ей стакан с соком. Марина вздрогнула от неожиданности, но взяла стакан и опустила в него свой взгляд.