Мне так захотелось обнять этого буку, но я сдержалась, а вот слёзы сдержаться не смогли и полились.
- Я испугалась, что с ними что-то случилось.
- Ты правильно решила – три замороженных трупа лучше, чем два.
- А ты будешь четвёртый? – разозлилась я. – Что ты вообще тут делаешь?
- Ищу одну приезжую идиотку, которая решила, что самая умная. И твои подопечные давно дома. Они оказались намного умнее и в лес не пошли.
- А где они были?
- Мы, конечно, можем продолжить светскую беседу, а потом умереть в один день, но мне бы этого не хотелось. Быстро и молча иди за мной.
И он пошёл, но не в ту сторону, откуда пришёл. Я, конечно, промолчу, но это очень странно. Может он сам ничего не знает?
Мне казалось мы шли вечность, но наконец мы вышли к маленькой избушке посреди леса.
- Мы не домой идём? – разочаровано пробормотала я.
- До дома мы не дойдём, совсем скоро совсем стемнеет. Переночуем здесь, а завтра с утра уже отправимся домой. Заходи, - открыл он дверь. Но я не спешила.
- Свет здесь есть?
- Ага. И газ, и отопление. Заходи быстрее.
Я вошла, светя себе фонариком из телефона. В домике была одна комната. Стол, три стула, диван и несколько шкафчиков. Дверь хлопнула, телефон выпал из рук и выключился. Моей панике хватило минуты, чтоб она полностью отключила разум. Я бросилась в сторону двери, но в темноте её не нашла. Дышать было сложно, ком стоял в горле и не проходил, голова закружилась, слёзы полились.
- Что с тобой? – обеспокоено спросил Сергей, но я не могла ответить.
Я хрипло дышала и спустилась по стеночке. Он действовал быстро – на ощупь нашёл свечки и чиркнул зажигалкой. Одну поставил на стол, со второй подошёл ко мне.
- Смотри на меня, - требовательно сказал он. – Здесь только мы, здесь ничего страшного, здесь светло. Дыши глубже. Давай вместе, - он опустился рядом и взял меня за руку. Я смотрела ему в глаза и пыталась повторить за ним. Не сразу, но у меня получилось. Паническая атака понемногу отступала, но меня ещё немного трясло.
Сергей бережно помог мне подняться и усадил на диван, сам сел рядом.
- Темнота? Клаустрофобия?
Я отрицательно покачала головой, а потом кивнула:
- Всё вместе.
- В детстве тебя где-то заперли? В лифте?
Я никому никогда не рассказывала, и сейчас не собиралась. Но, видимо, я ещё не совсем пришла в себя, отвечала на автомате:
- В сарае.
- Друзья играли?
- Мама забыла.
- Но она же тут же опомнилась? Сколько ты там просидела? Минут 10?
- Сутки.
Сергей говорил так спокойно, нежный голос убаюкивал. Я была как под гипнозом.
- Сутки, - повторил он удивлённо.
- Мы поехали в огород, собирать смородину. Я отнесла собранное ведро в сарай и стала искать игрушки. Там в пакете лежали какие-то старые лопатки, ведёрки…
Я как будто перенеслась в прошлое. Мне семь лет. На мне оранжевый сарафанчик, синие носочки и розовые босоножки. На голове два смешных хвостика. Я залезаю в пакет, который отдали добрые люди. Там лежат несколько формочек, лопатка, ведёрка и две мягкие игрушки – зайка и котик. Я вытаскиваю их и слышу, как дверь защёлкивается. Я иду к ней и дёргаю за ручку, но открыть не могу.
- Мама, - говорю я вначале тихо, но потом всё громче. – Мама. Ма-ма!
Но никто не отвечает. Паника внутри нарастает. Я начинаю плакать и бить по двери. Дверь крепкая. Я только руки ободрала. Мне очень страшно и больно, но приходит осознание, что я одна и здесь надолго.
- Она ушла? – вырывает меня из мыслей голос Сергея.
- Она пошла пить со своими друзьями. Вернулась на следующий день. Накричала на меня из-за смородины, которую я съела, - я не стала говорить, что вернулась она не за мной, а именно за ягодами. Даже тогда я это отчётливо понимала. Не понимала только почему она настолько не любит меня. Я с ужасом думала а что, если бы ягод не было? Когда бы она заметила моё отсутствие и заметила бы она его вообще? Тот день стал для меня адом, хотя по сути я должна была привыкнуть голоду и одиночеству, к равнодушию собственного родителя.
- Ты боишься темноты и замкнутых пространств? – подвёл итог он.
- Не жалей меня, - попросила я, проигнорировав и так понятный вопрос.
- Я не собирался тебя жалеть, - обнял меня он. – Мне жалко маленькую девочку, которой не доставало любви мамы. Её обидели и никто не пожалел. Папы рядом не было? – я покачала головой. – Этой маленькой девочке было страшно и своим страхом она поделиться не могла. Сейчас я рядом и я могу разделить с ней этот страх. В темноте есть своя прелесть. Только в темноте видны звёзды.
- Звёзды твоя слабость?
- У всех есть свои слабости. Ты как? Хочешь, ещё свечи зажжём?
- Да. Уже нормально.
- Надо воду погреть. Держи свечу, я сейчас всё сделаю.