Виктор
Мама не одобряла того, чем я занимаюсь. Она маститый психолог, вращается где-то сейчас среди политиков и бизнесменов, просчитывает их влияние на население. Она делала это еще во времена Советского Союза, а потом у нее появился я - поздний ребёнок. Маленькая мечта, что я буду её продолжением, преемником. Она читала мне Юнга перед сном, а вместо решения детских и подростковых проблем давала трактаты древних греков. В нашей семье не было ссор, вообще никогда: мама давила авторитетом и меня, и моего отца, заставляя сесть за стол, все высказать и принять решение. Иногда мне казалось, что я не был ее ребенком: проектом, пациентом, научной работой, подопытной крысой - но не ребенком.
Ее стараниями, я перескакивал через классы в школе, имел самую высокую успеваемость, выигрывал олимпиады. “Маленький гений” - говорили мне, я не был гением, мама сидела со мной, бывало, все выходные, заставляя учить тему за темой, кость за костью, теорему за теоремой, элемент за элементом, знак за знаком…
Я боялся сказать ей, что устал, боялся заплакать, боялся отвлечься. Ночами мне снилось, как тысячи маминых копий тянут ко мне костлявые руки с длинными когтями, а я замираю перед ними.
Естественно, я пошел учиться на психолога. У мамы были большие планы: классическая психология, потом аспирантура, потом вышка по военной психологии, потом… уже не помню. Я сбежал. Власть мамы надо мной - студентом немного ослабла и я смог вырваться. Тогда я и попал в руки к Софье Викторовне - моей преподавательнице. Она заметила нищего голодного студента, который появляется на лекциях в грязной одежде (я жил на улице, общежитие мне не выдали, а денег на съем жилья не было), пригласила в дом. Почти как в “Уроках французского”, она помогла мне с первой работой, помогла снять комнату у своей приятельницы и, благодаря ей, я выучился. И даже пошел работать в клинику классическим психологом.
По кривой дорожке я пошел, когда одна из клиенток (у нас не психушка, так что “клиент”, а не “пациент”) жаловалась на невнимание своего мужа к ней, а потом мы переспали. Жутко непрофессионально. Я хотел уже передать ее другому специалисту, но пару дней спустя прибежал ее муж. Дамал, что он меня побьет, но он благодарил, заставил взять премию и попросил разрешения рекомендовать меня своим друзьям. Его вечно недовольная жена, которая ворчала, кричала, а иногда разбивала вещи (иногда хотела это сделать мужу об голову), внезапно стала доброй, заботливой, внимательной и улыбчивой.
И я бы посмеялся.
Это как встретить чуму в XXI веке. На истории нам, конечно, рассказывали про такую штуку как “женская истерия”, но в современности ее не диагностируют. Потому что это банальный недотрах и женщины с ним сами справляются.
Удивительно, как легко я стал притягивать подобных: домохозяйки, матери семейств, модели, актрисы, жены важных шишек, цепкие бизнес-леди приходили на “сеансы” и становились милыми и послушными своим мужьям. Они сами дарили мне “подарочки” - дорогие часы, запонки, гаджеты, фирменные ремни, а их мужья - двойные гонорары. Естественно, мужья были не в курсе методов лечения, но им было плевать, жены для них были модным аксессуаром, а когда те ломались - их несли мне.
Естественно, какое-то время ощущал себя чем-то вроде проститутки, а потом… легкие деньги, обоюдное удовольствие. Я пишу на визитках “Виктор Карпов, женский психолог”. Мама не одобряла того, чем я занимаюсь.
Софья Викторовна зато одобряла. Иногда она сама передавала мне клиенток. Но Гелла… ПТСР, панические атаки… Вообще не мой профиль. Софья уговорила, сказала “попробуй один сеанс, поймешь, что не можешь - передашь другому”, и я согласился. Потому что это был шаг вперед, к полноценной работе. Да и Софья страхует.
Я так думал ровно до того момента, как Гелла упала ко мне на руки. Я просто появился на пороге ее квартиры, а она рухнула. Такая хрупкая, такая несуразная: белая блузка, узкая юбка до колен, туфли на каблуках - с одной стороны, а с другой - пучок на голове, почти полное отсутствие косметики. Совсем не похожа на тех, кто приходил ко мне раньше. Я думал, с ней будет сложнее, думал, она сожмется в комок и будет отмалчиваться. Но она - боец, она сразу стала изучать местность, все посмотрела и только потом села ждать меня. Поэтому я сменил тактику, даже познакомил ее с Маратом - классный парень, сразу понял, что шутки про очко товарища надо попридержать в ее присутствии.