Арсений ушел под утро, а я моментально провалилась в сон.
Диск второй
«…я обычно прибегаю к помощи пальца, украдкой смоченного слюной, для того чтобы приоткрыть губы и позволить головке нащупать путь — после небольшого сопротивления секреторная механика неминуемо начинает работать, и вскоре члену не составляет никакого труда с чавканьем погрузиться в хлюпающие бездны.
…Чем активнее я работаю задницей, тем сильнее становится ощущение, что она живет собственной жизнью и превращается в моем сознании в некое подобие головы в том смысле, что мы охотно приписываем голове свойство автономности по той причине, что голова — фокус перцепции и храм независимо движущейся мысли. Именно в тот момент, когда я особенно активно насаживалась на Жаков фаллос, словно желая прицепить его ко мне навечно, я на мгновение поймала свое отражение в зеркале заднего вида.
Во всех случаях, когда мне приходится видеть себя во время сексуального акта, перед моими глазами предстают лишенные какого бы то ни было выражения черты. Я не сомневаюсь, что моему лицу, как и всякому на свете, случается в такие минуты быть искаженным той или иной гримасой, однако всякий раз, когда в зеркале или в стекле на секунду мелькает отблеск моей физиономии, я вижу перед собой образ, неизмеримо далекий от картинки, нарисованной воображением. На меня глядит мутный, обращенный внутрь себя взгляд — таким он мог бы быть, будучи направлен в некое беспредельное пространство, в котором не за что уцепиться, не во что упереться, но которое он настойчиво продолжает вновь и вновь обшаривать в неутомимом поиске реперных точек».
Диск первый
Я проснулась от пискнувшего телефона, предупредившего о приходе СМС. Подумав, что это Кира по поводу машины, протянула руку и, пошарив по полу возле дивана, нащупала телефон. Но это была не Кира. Текст заставил меня мгновенно проснуться и сесть.
«Ты хороша, сучка! Скоро буду драть тебя во все дыры! Готовься».
Определившийся номер был мне незнаком. Я тут же перезвонила, но он был, естественно, отключен. Я сползла с дивана и пошла в ванную. Но сообщение не выходило у меня из головы. Я терялась в догадках, кто бы это мог быть. И ясно, что этот человек появился в моей жизни недавно и был из новых знакомых. Мне захотелось немедленно позвонить мужу. При его связях ему не составило бы труда узнать, на кого зарегистрирован данный номер. Но я вовремя справилась с первым порывом. Вот как раз Виктора в это дело посвящать нельзя было ни в коем случае. Я решила не паниковать и выждать. И проанализировать возможные варианты.
Приведя себя в порядок, я позавтракала, собрала вещи и отнесла их в машину. Решила пораньше вернуться в загородный особняк. В этот момент снова пришло сообщение, и я дрогнувшей рукой взяла телефон. Но тут же вздохнула с облегчением, потому что оно было от Арсения.
«Доброе утро, любовь моя! Ты спишь, а я тебя уже целую», — гласил текст, и я невольно улыбнулась, почувствовав прилив нежности к этому парню Я позвонила ему. Арсений так обрадовался, что, судя по звукам, уронил телефон.
— Милая, милая, — после паузы нежно заговорил он. — Я с ума по тебе схожу, я тебя обожаю, ты самая лучшая на свете! Разводись, выходи за меня, и ты будешь самой счастливой девушкой на свете!
— Э, малыш, погоди! — оборвала я его страстную речь. — Мы так не договаривались.
— Значит, ты меня не любишь? — непритворно всхлипнул Сеня.
«Только этого мне не хватало», — разозлилась я, а вслух сурово проговорила: — Не люблю, но ты мне нравишься. Этого достаточно?
— А мужа ты любишь? — спросил он.
Но я решила не отвечать.
— Слушай, Арсений, — серьезно сказала я, — просто хотела попросить тебя передать ключи от машины моей подружке Кире. Я скину твой телефон, и вы договоритесь. Ты ведь все равно в отпуске. А мне нужно сегодня уехать.
— Я все сделаю, — грустно сказал Сеня.
— Спасибо, — обрадовалась я. — Значит, на тебя можно рассчитывать?
— Всегда, — ответил он. — А ты когда едешь?
— После обеда. Мне еще нужно заскочить к своему психоаналитику.