Я рассудил, что, если окажусь в том районе и не застану Мэри Джейн дома, отправлюсь в «Колокола», где собираются в большом количестве девочки. Конечно, там меня может узнать бармен, каким бы маловероятным это ни казалось, поскольку ему ежедневно приходится видеть по три сотни лиц; однако у пивной большие окна, я смогу пройти мимо и определить, собирается ли какая-нибудь шлюха, зашедшая отдохнуть и подкрепиться, в ближайшее время выйти на улицу. Выбрав себе подходящую, я дождусь, когда она покинет пивную, а дальше все будет так, как уже бывало не раз: я мысленно увидел, как подойду, произнесу банальное «как дела?», получу приглашение следовать за ней, и мы двинемся по этой части Коммершл, которая, хотя и расположенная ближе всего к дому 29 по Хэнбери, по-прежнему оставалась для Джека нетронутой территорией. Куда я ее поведу, где будет моя цель?
Возвращаясь по Коммершл после того, как я прошелся по ней, высматривая дам, занимающихся этим ремеслом – таковых, как обычно, было предостаточно, – я после величественной и надменной церкви Христа, возвышающейся напротив «Колоколов», прошел еще один квартал и оказался в милом переулке. Я его изучил. О, замечательно! Это был пустынный проход между кирпичными стенами, практически наверняка отсутствующий на всех планах города, за исключением самых подробных. Заглянув в него, я увидел, с какой легкостью смогу заманить сюда свою потенциальную проститутку, чтобы та выполнила свою работу, однако вместо этого я выполню свою. Наверное, так будет даже лучше – в непосредственной близости от Коммершл, под самым боком у оживленной магистрали, – и это окажет желаемое воздействие. Конечно, это будет не совсем то, что я наметил для Мэри Джейн, и все-таки цели своей я добьюсь. Открытие это загасило нараставшую у меня в груди тревогу.
Удовлетворенный тем, что я смог осуществить за этот день, я вернулся к другим делам, уверенный в том, что подготовился к любому развитию событий.
Глава 36
Воспоминания Джеба
Мой большой палец распластался на сдвоенных курках «хауды», которую я держал за деревянное ложе под двумя стволами. Я без труда смогу взвести курки, и это движение придаст поступательный момент моей руке, позволив схватить пистолет за цевье и положить палец на спусковые крючки; таким образом, если дело до этого дойдет, я смогу прикончить Джека меньше чем за секунду.
Мы с Дэйром приближались, я чувствовал, как сердце гулко колотится в груди, горячее сухое дыхание вырывалось из ноздрей, пронизывающий холод дождя исчез в безотлагательности разворачивающегося действия, в котором я был ключевым игроком.
Джек стоял над женщиной, прислонясь спиной к кирпичной стене, а та упала перед ним на колени. Неужели мы опоздали? И Джек уже нанес свои смертельные удары, а его умирающая жертва бессильно опустилась на землю, истекая кровью под проливным дождем, пока убийца упивается зрелищем ее смерти? Вот о чем я подумал, увидев эту сцену, и меня захлестнула ярость.
Вот он, наконец, кровавый зверь!
Вот он, наконец, ужасающий Джек!
Да, мы не успели помочь этой бедной «птичке», но, видит Бог, ни одна женщина больше не будет зарезана в Лондоне, поскольку мы выследили и завалили чудовище!
Не раздумывая ни мгновения, я взвел курки и почувствовал, как они щелкнули, занимая свое место; моя рука скользнула вниз, нашла ребристый изгиб деревянной рукоятки, крепко его стиснула, указательный палец вытянулся, ложась на сдвоенные спусковые крючки и прикладывая к ним давление всего в одну унцию, позволяющее выбрать свободный ход, но недостаточное, чтобы произвести выстрел. Я внутренне приготовился к грохоту, до которого оставались еще две-три унции.
Мы обошли вокруг, чтобы было лучше видно, и… нет, женщина не была мертва. Наоборот, стоя на коленях лицом к Джеку, она вела себя весьма активно. Моя ярость превратилась в недоумение: я тщетно пытался разобраться в этой странной позе. Лицо женщины было у самой талии Джека, быть может, чуточку ниже, ее руки крепко держали его за бедра, а голова качалась, словно насос, в определенном ритме, примитивном, первобытном в своем устремлении.