Список сетевых адресов не сильно отличался от того, который был доступен через наши домашние терминалы. Образовательные курсы, «Тытруба», социальный «Импернет» и справочная «Всепедия»… Тоже только то, что находится под неусыпным наблюдением имперских служб, хранится на серверах внутри границ Империи и управляется без участия иноземных владельцев.
Да уж, негусто. И тут точно нет того, что мне нужно. Тогда пока что продолжим строить из себя дурачка:
— А что, если я хочу что-нибудь поискать через Хугл? Куда нажимать?
— Для доступа к внешним площадкам нужно получить разрешение Ректора или Пушкаря… — Кнопка продолжила дико смущаться. — Но он сейчас на больничном… Значит, только Ректора.
Ну конечно. В очередной раз убеждаюсь в том, что ваш мир не так уж и отличается от того, где я жил раньше. Под разговоры о небывалых гражданских свободах — вокруг сплошные заборы. Как реальные, так и виртуальные. Устав у них всего из трёх пунктов, как же…
Но, как и раньше, некоторые заборы я могу попробовать перелезть…
…
Ульяна залетела на этаж спустя мгновение после того, как опричник исчез в своей обычной манере. Кабалёнок еле поспевал за ней, волоча в одной руке пухлую сумку, а в другой — складную каталку.
— Сначала ребятишкам помоги, дочка… — Прохрипел пушкарь, когда ворожея в первую очередь бросилась к нему. — Я не убегу.
— Ежик, найди антисептик, бинты и заживитель! — Скомандовав, медичка тут же оказалась возле нас с княгиней. И, обхватив голову Тасьи двумя руками, на пару секунд прикрыла глаза.
— Ох… Крепко досталось… — Она тут же взглянула на меня. — А вы, кн…
Осёкшись на полуслове, Ульяна вдруг резко скосила взгляд на то место, где только что лежал пепел от говорящей шипастой руки. Да так и замерла с открытым ртом.
— Балыня Ульяна! — Вынырнув из сумки, кабалёнок вытащил оттуда пару каких-то упаковок — Я плавильно нашёл?
Но девушка не обращала на вопрос никакого внимания. Медленно вернув ошарашенный взгляд на меня, она сначала похлопала губами, словно заново вспоминая родной язык:
— Это… Это… — Она вновь коротко глянула на пустое место рядом с нами. — Это же с той стороны портала…
Я не был уверен в том, что это был вопрос. Но кивнул.
— И это… — Медичка начала немного заикаться. — Это вы его п-п… пр…
— Прогнал? Да.
— … П-призвали?
— А… — Я пожал плечами. — Не знаю. Наверное… А ты что-то об этом знаешь? Уже видела такое?
Девушка вдруг прижала голову Таисьи к груди и отодвинулась, словно хотела защитить княгиню от меня.
Пацанёнок в это время подошёл к нам, задумчиво разглядывая упаковки в своих руках:
— Вот этот синий — это заживитель. Это я помню. А этот класный — это анти… — Заметив то, как напугана его начальница, кабалёнок тоже опешил и замолчал. И теперь лишь хлопал глазами, переводя удивлённый взгляд с ней на меня и обратно.
А Ульяна наконец-то снова заговорила:
— Значит это вы с графом сделали…
— С Кривошеиным? — Судя по её вопросу, кореша плешивого барчука всё-таки помалкивали про мою роль в его унижении.
— Да…
— Он заслужил. — От этого резкого ответа девушка вздрогнула. И мне захотелось всё-таки её успокоить. — Судя по тому, что фокусничать так же как Кривошеин, у меня получалось недолго, то и у него, может, скоро пройдёт…
— Не знаю, не знаю… — Ульяна опять опасливо покосилась на место исчезновения шипастой руки.
— Так ты не в первый раз такое видишь, правильно понимаю?
— Не в первый… — Медичка вдруг глянула на меня так, словно я подкрадывался к ней с раскалённой кочергой в руках. — Я видела, на что способны те, кто приходит из-за Завесы… И те, кто их сюда пускает…
— И давно?
От звука моего голоса Ульяна снова вздрогнула. И ответила едва слышным выдохом:
— Тысячу лет назад…
…
— Разрешение? Мне⁈
Кнопка аж вздрогнула. И начала заикаться, бегая глазами по комнате:
— Это… Это т-требование б-безопасности… П-по решению п-по… по… поп-пе…
— Да успокойся ты…
— П-попечительского совета… — Она, наконец, справилась с заплетающимся языком. Но всё равно виновато взглянула на меня, когда я коснулся её руки, чтобы успокоить. — Я могу п-помочь п-подать зап-прос…
— Ну ещё я только запросы всякой челяди не подавал! — На миг я и сам немного струхнул от того, как легко у меня получалось строить из себя гордого сына Северного Арала. Правду говорят, что к хорошему быстро привыкаешь…