— Может, ты просто сдашься, а? — Я продолжал смотреть на него с лёгким пренебрежением. — Хватит позориться…
— Никогда!!! — Теперь вперёд вылетела нога Фродрика.
И на этот раз он чуть сам не упал, потеряв равновесие после очередного промаха. Но от позорного падения парня спас бюст Кая Улиса Квазара. Когда баронет одной рукой схватился за воздух, а второй — за длинный нос древнего правителя, то, всё-таки, устоял на ногах.
А вот Квазару повезло гораздо меньше — покачнувшись от хватки Фродрика, лысый Улис зашатался и через миг опрокинулся с высокого постамента на дорогой паркет. С грохотом разлетевшись на несколько неровных кусочков.
— Судари, извольте прекратить!!! — Сразу после грохота по коридору прокатился знакомый властный баритон.
Ректор шагнул в коридор из кабинета истории и, гневно сверкнув на нас с Фродриком пенсне, остановил взгляд на мраморных осколках:
— Это… Это неслыханно…
Глаза руководителя ликеума снова обожгли нас с противником по очереди:
— Фродрик Петрович… Евгорий Всеславович… — Его угрюмый тон явно не предвещал ничего хорошего. — Судари… Потрудитесь хотя бы честно признаться в том, что первый учинил сие безобразие. Кто посмел начать поединок в этих стенах?
Смуглый парень открыл было рот. Но ещё раньше я шагнул вперёд, слегка раскидав осколки ногой:
— Это был я.
Глава 17
Управление гневом
По дороге к своей резиденции руководитель ликеума не проронил ни слова после моего признания. Лишь приказал следовать за ним. Что я и сделал, под десятками взглядов других студентов. Очень разными взглядами. Заинтересованными и равнодушными, весёлыми и тревожными.
Таисья продолжала придерживаться плана. И лишь ещё раз очень натурально шмыгнула. А Фродрик растерянно пялился нам с Ректором в след. Пару раз он всё-таки дёрнулся. Но, видимо, штрафные санкции за такой проступок были слишком опасны для его будущей аристократической карьеры. И он не стал мешать мне брать всю вину на себя.
К счастью, именно такой исход я и планировал. Теперь ты мне должен. И только попробуй смалодушничать и отказать, когда я потребую вернуть должок. Ведь Тая будет рядом. А ты только-только показал себя перед ней настоящим мужчиной…
Главное теперь как-то по-быстрому отделаться от нравоучений, получить замену портала и поскорее вернуться к воплощению своего главного плана.
Однако, когда в сопровождении хмурого Ректора я дошёл до его резиденции, тот оставил меня в одиночестве. Точнее, когда я снова сидел на том самом диване, на котором в первый раз смог заглянуть за Завесу, в комнате присутствовал всё тот же чопорный дворецкий. Но его разговорчивость была равна разговорчивости того же дивана. Он не отвечал ни на вопрос об имени, ни на мой интерес о том, что предпримет, в случае если я сейчас попытаюсь свалить. Этот странный тип даже не ни разу на меня не взглянул с тех пор, как Ректор вышел в одну из дверей, ведущих во внутренние покои резиденции.
Тишину комнаты нарушал лишь шум ветра в кронах садовых деревьев, едва долетавший снаружи. И где-то вдали сквозь этот шелест послышалось слабое эхо…
— Мы можем помочь уничтожить его… — Словно ветер доносил до меня обрывки далёких криков — Так же легко… Как и твоих предыдущих… Противников…
Судя по тому, что на лице халдея по-прежнему не дрогнул ни один мускул, эти слова слышал лишь я.
— Ты можешь делать то, что хочешь, Низложитель…
Ага. Знаю я эту песню. Не получается прямо мне приказывать, теперь делаете вид, что ваши желания — это мои?
Нет уж, ребята. Мои желания — это мои желания. И я действительно буду делать то, что хочу. Я хочу, а не вы. И превращать этого мужика в мумию я сейчас точно не желаю. Он просто делает свою работу. Хоть, на мой вкус, и весьма паршивую.
— Упрямец…
Тем и живу. А с вами я ещё разберусь. Вот узнаю, что там эта Ханга про меня напророчила. Посмотрим, как вы тогда запоёте. А то все вокруг в последнее время думают, что умнее меня, как посмотрю…
На эти мысли голоса не ответили. Лишь ветер издал какой-то прерывистый свист, похожий на смех осипшего курильщика.
Когда я уже окончательно заскучал и хотел помахать у дворецкого перед глазами рукой, чтобы убедиться в том, что он вообще человек, а не какой-нибудь робот в режиме ожидания, входная дверь дома всё-таки ещё раз открылась. И пропустила внутрь знакомую атлетичную фигуру в чёрном пальто.
— Надо же… — Ромул будто бы был удивлён тому, что видит меня во плоти. — Ты опять оправдал мои ожидания, приятель… — Он шагнул вперёд и, удобно устроившись в высоком кресле напротив меня, кивнул дворецкому. — Вы свободны.